Всё. Теперь всё.
Только сейчас я на самом деле поняла и осознала. Больше никаких ночей одиночества. Больше никаких слёз в подушку. Нет ни единого препятствия нам не быть вместе. В моей книге будет ещё немало глав. И в каждую мы впишем вместе слова любви и верности.
С улыбкой в голосе заговорил лорд Честертон.
— Ну что ты, старина? Забыл, какие мы были в их возрасте? Помнится мне, ты свою жену вообще украл.
Я прекратила плакать и подняла голову. С удивлением посмотрела на отца. К моему полному шоку, у него на лице отобразилось нечто вроде смущения.
— Кхм-кхм… Марго, не смотри на меня так! Видишь ли, родители Исадоры были категорически против моей кандидатуры. Я… как бы это выразиться… будучи старшим сыном герцога и наследником огромного состояния, имел в свете репутацию… не совсем целомудренную для столь юной девушки строгого воспитания, какой была твоя матушка.
— Так и скажи, что был отъявленным повесой, который не вылезал с пьянок и дуэлей, — хохотнул лорд Честертон.
— Разумеется, всё это осталось в прошлом, как только я женился! — торопливо ответил мой батюшка, пока у меня всё больше и больше округлялись глаза. — С моей дорогой супругой не забалуешь.
— Если меня не подводит память, ты рассказывал, что Исадоре пришлось к тебе прыгать с балкона, а ты ловил… — продолжал вдохновлённо вспоминать лорд.
С балкона⁈
Моя… мама?!!
Отец совсем покраснел.
— Ну всё, полно, полно! Не будем смущать молодёжь…
Эйдан сделал невозмутимое лицо кирпичом. Аккуратно расправил салфетку на коленях и налил себе вина.
— Да, кстати! Марго беременна. Так что с этого дня и до самой свадьбы она переезжает в мои покои. Гостевой спальни не потребуется, отец. Лорд Клейтон! Буду признателен, если вы не станете сообщать её матушке об этой чудесной новости. Чтобы… м-м-м… дорогая тёща не обрадовалась слишком сильно раньше времени.
Я закрыла глаза рукой, чтоб не видеть очередную физиономию с отвисшей челюстью.
Только лорд Честертон, по-моему, уже ничему не удивлялся. Он расхохотался, от души хлопая себя по пухлым ляжкам.
Да уж.
Весело начинается наша совместная жизнь, нечего сказать.
Господи, хорошо-то как!
Что ж. Одно можно было утверждать наверняка — моё замужество стало для моей матушки сплошной непрерывной цепью разочарований.
Начать с того, что мы с Эйданом категорически отказались закатывать свадьбу на тысячу человек с приглашением всех знатнейших семейств Королевства, и Её величества заодно. Как можно было ожидать, учитывая статус наших отцов. Рискну предположить, что матушка моя примерно с моего рождения мечтала о моей свадьбе именно по этой причине. Ей-то в своё время не досталось никакого шикарного праздника, они с отцом, как выяснилось, вообще венчались тайно. А ей наяву снились белоснежные салфетки в форме лебедей, изысканные букеты, которыми она измучает флориста за полгода до нашей свадьбы, и меню из ста пунктов, с непременным выбором каждой позиции из по меньшей мере трех вариантов. И тоже за полгода! Я уж молчу про торт.
Разумеется, никаких «полгодов» у меня в моём положении не было.
Но даже не в этом дело.
Нам с моим любимым мужчиной до ужаса не хотелось пускать в наш маленький внутренний мир кого-то чужого. Мы так боялись расплескать наше долгожданное счастье, что, честно говоря, из комнаты-то редко выходили. Разве что до конюшен. На которых мне дозволялось лишь гладить лошадей, потому что «в какое ещё тебе седло, сумасшедшая⁈».
По крайней мере, торт у нас получился шикарным.
Думаю, это единственное, что примирило матушку с действительностью,как и моё платье из тонны белого бархата с кружевом, ради которого лучшие мастерицы Честертоновских мануфактур кололи себе пальцы и не спали ночами вплоть до самого дня нашего маленького семейного торжества, которое прошло в фамильной графской часовне.
Правда, Её величество на свадьбу всё же прибыла, в сопровождении двоих юных принцесс и камердинера. Строгая дама с тяжёлым властным взглядом поцеловала меня и Эйдана в лоб и сказала, что будет с нетерпением ждать, какие талантливые дети получатся от совмещения двух столь славных ветвей древней крови. И разумеется, места в королевской свите для юных фрейлин и пажей будут обеспечены для наших отпрысков с рождения.
Мы с Эйданом тогда переглянулись украдкой и решили, что ни за что в жизни.
Наши дети будут расти в любви и на свежем воздухе.
Мы станем разрешать им лазать по деревьям и пачкать коленки.
Мы сами посадим их на первого пони.
И ни за что, никогда не станем выбирать за них жизненный путь.
Наша Джессика родилась в один месяц с мальчишкой Элли и Тома. Они в благодарность за доброту назвали своего сына Крисом, в честь моего мужа.
Больше всего счастья Эйдану доставило то, что у нашей малышки оказались рыжие волосы. Он был на седьмом небе и заставил меня пообещать, что у всех наших детей будут такие же. Но, забегая вперёд, сыновья получились точными копиями папочки, так что Джесс так и осталась единственной рыженькой, папиным солнышком.
