Все равно прием начнется в назначенное время, а приезжать раньше всех мне тоже не с руки. Как это ни смешно, а гость, который спешит к тебе на праздник, это зависимый, ему явно что-то от тебя нужно, а значит, по местному мировоззрению, ты стоишь выше, чем он.
Однако мы с Аланом равны по положению. Может быть, будь это личная встреча, я бы и мог поторопиться, однако там будут и другие благородные, а это в корне меняет дело.
До леса мы добрались за час с небольшим. Артур успел завести беседу с Марком, пока мы двигались через поля, и вернуться обратно ко мне. Отправленный вперед дружинник вернулся обратно, сменившись с одним из извозчиков.
Стены деревьев надвинулись на нас, сплетенные ветви образовали арку над головами, и лес замолк при нашем приближении. Птицы, до этого голосившие каждая на свой лад, притворились, будто их нет.
Воздух стал чуть прохладнее, повысилась влажность. А еще через несколько минут впереди забрезжил просвет, и я увидел уже обработанные поля, на которых тут и там чернели фигурки крестьян, занятых своими делами.
— У вас прекрасная земля, Артур, — заметил я, когда последний конь сопровождения покинул тень, падающую на землю от деревьев. — И люди кажутся довольными.
Сын Алана улыбнулся так же, как и прежде — чуть дернув уголки губ.
— Они не только кажутся, ваша милость, — отозвался он, но было заметно, что похвала ему приятна. — Они на самом деле довольны. Урожай поддерживается на хорошем уровне, чтобы каждая семья на наших землях была твердо уверена — голодать им не придется. К тому же мы поставляем наше зерно трем другим родам, в том числе в Огонвеж.
Вот так, невзначай, сын барона похвастался семейным доходом. Но это совершенно нормально, и я не видел в этом ничего больше. Блэкланды действительно достаточно богаты, и наличие анклава им для этого не требуется. Баронство совершенно самодостаточное, даже более того, являясь основным поставщиком стратегического ресурса, Алан в некоторой степени может диктовать окружающим свои условия.
— Вашей семье есть чем гордиться, — кивнул я, глядя на приближающуюся черную точку впереди.
До города было еще достаточно далеко, и все это расстояние занимали поля. На сельскохозяйственной работе было задействовано не меньше тысячи человек, и это навскидку.
— В этом году цены на зерно будут расти? — спросил я, обернувшись к своему сопровождающему.
Артур кивнул.
— После мятежа много хорошей земли испорчено. К нам прибыли запросы с западных провинций, похоже, там все очень плохо.
Ну да, после королевского огня о посевах можно и не вспоминать. А с учетом оттока крестьян, часть из которых осела у меня в Лесной, не только еды нет, но и рук, которые ее производят. Так что кто бы ни был новыми владельцами уничтоженных земель, я им не завидую.
— Я знаю, что к вам пришло много беженцев, ваша милость, — произнес Артур. — И работы на вашей земле им хватит на пару поколений вперед. Но людям свойственно есть, и если вы еще не нашли другого поставщика, вам следует поторопиться с покупкой зерна у нас. Отец человек благородный, он снизит цену до той, по которой мы поставляли зерно до мятежа. Второго шанса может не быть, ваша милость. Если так пойдет и дальше, к осени у нас останется только под посев и питание Черноземья.
— Благодарю за совет, Артур, — кивнул я. — Я обязательно им воспользуюсь.
Интересно, он мне это рассказал, чтобы еще одного клиента привести и получить с этого свой гешефт, или же и вправду так ко мне расположен, что предлагает воспользоваться благодарностью отца ради скидки?
Есть и третий вариант, и он нравится мне больше. Я вполне допускаю, что Алан велел сыну сказать именно так, чтобы расплатиться за жизнь дочери деньгами. Потому что, несмотря на все сказанные вслух слова, род Блэкланд мне до сих пор должен. А скидка на зерно этот долг закроет. Конечно, я в этом свете получаюсь наемником, который берет за свои услуги монетами. Однако это будет значить, что мы говорим на одном языке.
Языке денег.
Поместье Черноземья предоставляло собой двухэтажный особняк, выстроенный буквой «П», длинную конюшню, роскошный сад в несколько гектаров. По всей территории сада, перемежаясь с фруктовыми деревьями, сияли на солнце мраморные статуи в полный рост. Разглядеть, кто конкретно был изваян в камне, не представлялось возможным, но, полагаю, чести удостоились предки хозяев дома.
Судя по количеству карет, стоящих чуть в стороне от особняка, мы прибыли далеко не первыми. От родовых гербов рябило в глазах, и я даже не пытался разобраться, кому они принадлежат. Навскидку гостей прибыло никак не меньше тридцати, а ведь наверняка это еще не все.
Одно только это доказывает, насколько влияние Алана в регионе высоко, ведь он всего лишь барон, а столько благородных прибыло к нему на прием.
По другой дороге, также ведущей к поместью, двигались еще какие-то гости сразу на трех каретах. Разглядеть их отсюда было еще нельзя, тем более солнце светило им в спины, а потому я выкинул их из головы и перевел взгляд на центральный вход в особняк.
