Два других сотника присоединились к рыжему в противостоянии барону Дубову. Сражение быстро унесло их за пределы просеки, и все четверо исчезли в лесу. Ещё какое-то время были слышны взрывы магии и лязг оружия, но вскоре всё стихло.
— Скоро увидим наших! — радостно крикнул водитель.
И они увидели. Вот только не совсем тех, кого ожидали…
Вокруг на мгновение установилась тишина. Все выстрелы смолкли, даже с дирижаблей перестали вести огонь по лесу впереди. Секунду Дмитрий не понимал, что происходит, но сердце колотилось от ужаса. Он видел, что и другие бойцы озираются, вжимая головы в плечи.
А потом пришли те самые «наши».
Павшие восстали из мёртвых…
В Кровавом лесу
Николай
Все были при деле. Каждый выполнял свою роль и свою часть плана. И я тоже. Вместе с дружинниками Мечникова я то появлялся, то исчезал. Обвешанный защитными артефактами и в полном Инсекте, я вырывался из леса с молотом и топором в руках и крошил мятежников. Не знаю, скольких я убивал за один такой заход. Перебегал с одного конца небольшой просеки на другой, орудуя обеими руками. Ещё и корнями управлял. С помощью дриады я смог сделать их морёными и увеличить радиус действия своего дара. А ещё лес щедро делился со мной и с Машей маной, которую вытягивал из погибших врагов.
Короче, обычных солдат я даже не замечал. Больше внимания уделял вражеской технике, как наиболее опасной. Ударами молота, насыщенными маной, переворачивал её, а топором отсекал орудия и вскрывал броню, как консервную банку, чтобы добраться до экипажа.
Странно было убивать людей, которых ещё вчера мог спокойно назвать «своими». Но что поделать? Такова неприглядная личина гражданской войны. Прав в итоге окажется тот, кто сильнее. Но Деникина совсем не красило сотрудничество с Саранчой. Ох, не красило. Впрочем, не сомневаюсь, что его люди об этом и не знали. Кроме самой верхушки. Пожалуй, их было жаль больше всего. Шли на смерть за то, что верили.
Но я не чувствовал угрызений совести. Сейчас мы по разные стороны баррикад, и они враги. А враг хочет убить тебя. И убьёт, если не убить его первым. А если мучиться из-за каждого убитого, так и с ума сойти недолго.
Мимо меня промелькнул молнией Альфачик, врезаясь в небольшой взвод противника, который попытался окопаться за горящим танком. Молния мгновенно поджарила всех. На меня с яростными атаками обрушилось сразу несколько десятников. Но не успели они глазами моргнуть, как одного из них утянула наверх паутина, а второго оплели стебли красной травы.
С оставшимися я быстро разобрался. Только последний продержался подольше за счёт защитного артефакта. Тогда ударом молота я свалил его на землю, придавил и направил электричество по металлической рукояти орудия. Парня поджарило за пару мгновений.
Вдруг через пару атак сопротивление возросло. Передо мной оказались сразу три очень мощных воина. Настолько мощных, что рядом с ними стало трудно дышать. Один рыжий, другой со шрамами, а третий высокий и худой, с магическим копьём в руках. Сотники.
Они возглавляли крупный отряд, который легко отбивал все атаки леса и наших людей. А в центре возвышался чёрный вездеход с большими колёсами и пулемётом на крыше. Я ощутил, что внутри находится очень сильный человек. А раз его так охраняют… То это именно тот, кого мы ищем. Тот, кто несёт послание Деникину.
— Ну что, ребятки? — осклабился я, выпуская магическую ауру. Из трещин на моей морёной плоти выскользнули языки зелёного пламени. Должно быть, выглядело устрашающе. Ударил топором о молот, высекая искры. — Почта сегодня задерживается, а?
Вместо ответа вся троица синхронно опрокинула в глотки зелья. Через мгновение меня чуть не сшибла с ног волна магической мощи, а дыхание перехватило.
Золотые Берсерски, блин! Хех, это будет интересно…
Хотя насчёт интересно я, пожалуй, погорячился. Опасно. Жутко опасно!
Выпив зелья, воины вдруг начали резко раздуваться. Вены на открытых участках кожи вспухли, прорезавшись сквозь кожу чуть ли не целыми трубами, глаза выпучились, а нижние челюсти выкатились вперёд.
Из глоток всех троих стало вырываться хриплое дыхание, будто они стометровку двадцать раз подряд пробежали. Такое же быстрое и клокочущее, как если бы в горле что-то застряло. А сама кожа приобрела золотой оттенок и засияла огромным количеством маны.
Да, я слышал об этом зелье. И оно, блин, находится под запретом, как чрезвычайно опасное! Оно заживляет даже смертельные раны, при определённых условиях способно срастить голову с телом обратно. Если её вовремя приложить, конечно. Про простреленное сердце молчу. Тоже зарастёт обратно. Но при этом зелье Золотого Берсерка сжирает все ресурсы организма. За одно применение сильный человек постареет лет на сорок. Слабый — умрёт.
Эту троицу я слабой назвать не мог.
