— Это я мерки снимаю, — пояснила Агнес, не видя меня. — Для утепляющего комбинезона. Обещала княжне сделать его несколько дней назад. А так как он должен быть как вторая кожа, то и мерки надо снимать… в одной коже? Или нет? В общем, в чём мать родила! Я уже закупила почти все ингредиенты для костюма, но парочку найти не смогла. А здесь есть почти самый крупный магазин алхимии в кавказских губерниях. Грех им не воспользоваться и не сделать комбинезон ещё лучше.
А это интересно. Запасы зелий и прочего мне определённого нужно пополнить. Деньги есть, если княжне вернули драгоценные камни.
— Магазин алхимии? Покажешь потом?
— Не вопрос!
Когда все мерки были сняты, девушки оккупировали ванную комнату на целый час. После этого я с тремя красотками отправился на завтрак. Покинули комплекс и пошли городскими коридорами к балконам третьего штрека. Гилленмор после вчерашних событий оживал, проходы заполнились гномами, которые улыбались без страха засмеяться. Проклятье шута было снято. Некоторые коротышки и вовсе горячо приветствовали меня, поднимая шляпы или махая руками. Чувствовал себя знаменитостью. Хотя, наверно, так оно и было.
— Дай угадаю, муженёк, — Агнес поспевала за моим шагом, подпрыгивая, как зелёный мячик. — Ты тут наворотил делов?
— Не то слово! — засмеялась княжна.
— Настоящий воин, куда бы он не пришёл, меняет всё вокруг в угоду справедливости, — сказала Лакросса, сжимая мой бицепс. Или… да она его щупала, что ли?
— Просто хотел выбраться отсюда поскорее, — отмахнулся я.
— Мне нужны все подробности! — гоблинша выбежала вперёд и преградила путь. — Ну, что я пропустила? Кого ты чапалахнул на этот раз?
Я закатил глаза, а княжна спрятала смешок в кулачок. Что ж, придётся рассказывать. Пока мы шли дальше, я поведал Агнес всю историю, начиная с нашего выхода из ворот Пятигорки. Она охала, ахала и смеялась, слушая её. Да, поход выдался весьма насыщенным. Надеюсь, обратный путь будет, просто тихой и спокойной дорогой домой.
Вскоре мы прибыли в столовую, которую посетили в первый день. Там уже собрались почти все студенты и сотрудники академии. Сергей Михайлович скупо кивнул, приветствуя меня, а княжич Медведев, Северов и баронет Верещагин загалдели, зовя нас за свой столик. Впрочем, других столов и не было, если не считать тех, что заняли учитель с другими работниками и слугами аристократов. Все остальные сдвинули воедино, чтобы уместить сразу два факультета — Бдения и Удара или «сов» и «клинков».
На кухне вовсю шуровали гномы, и плотный сгусток ароматов будто нарочно вился где-то рядом с моим носом. Пахло очень вкусно!
Мы сели, и напротив меня оказался Коротков. Всё такой же седой, но теперь ещё и бледный. Ну, хоть в глазах снова заплясала потерянная искорка.
— Ты в порядке? — спросил я.
— Да… Просто устал после вчерашнего. Никогда не использовал Инсект так долго. Ещё и на всю катушку.
Я похлопал его по плечу:
— Враг был силён, но мы оказались сильнее, — тут как раз принесли огромные подносы с едой и напитками. — Ешь, восстанавливай силы.
Баронета долго уговаривать не пришлось, и мы все набросились на еду. Княжна впилась зубками в жареную куриную ножку и принялась с жадностью ее обгрызать, Агнес так и вовсе поглощала ароматное рагу сразу двумя ложками и глотала, почти не жуя, я старался не отставать, а вот Лакросса с кислым лицом ела овощной салатик. Даже без заправки!
— Как вы можете так много есть? — скривилась она, ковыряясь вилкой в зелёных листьях. — Дубов, понятно, мужчина, ему нужно много сил, а ты, Агнес? Ты же такая маленькая!
— А ты не фафидуй! — прочавкала гоблинша с надутыми щеками. — Я пфофто больфе дфигаюсь. Ноги кофотче фафих в дфа фаса!
— А у меня очень быстрый обмен веществ… апчхи! — чихнула княжна, едва успев проглотить мясо. — Из-за собственного Инсекта организм вынужден вырабатывать больше энергии, чтобы согреться. Поэтому я такая худая и… невысокая.
— Мне, похоже, тоже н-н-надо у-у-ускорить о-о-обмен веществ, — простучал зубами Дорофеев, севший рядом с княжной. Да, холодок от неё шёл знатный, но большинство его не замечали. Кто привык, а кто сидел далеко.
— А ты отрасти мех, как Дубов! — заржал княжич Медведев.
Вот ведь, поесть не дадут.
— Лакросса, ты же сама недавно ела так, что только за ушами трещало? — спросил я девушку. Без задней мысли, честное слово!
— Знаешь что, Дубов? — она резко встала из-за стола. — Когда вернёмся, будешь тренировать меня, как Северова! Никаких поблажек!
Павел аж поперхнулся и закашлялся, тараща карие глаза:
— Это же самоубийство…
— Пф! Не для меня! — фыркнула Лакросса и ушла, громко стуча каблуками.
— Да что это с ней? — удивляясь, проводил взглядом её сочные бёдра.
— Набрала два килограмма, — с полным ртом ответила княжна.
— А я думаю, чего она такая горячая стала… Ай!
Василиса топнула мне по ноге, но тут же сделала вид, что это не она.
— Ногу забыла убрать, — засмеялся, глядя на её краснеющие щёки, отчего княжна поджала губы. Но быстро отошла, так и не успев разобидеться
— Странно, в походе обычно люди теряют в весе, — зелёная мелочь облизнула ложку.
