— Прелюбопытнейшая история, — директор задумчиво потёр подбородок. — Будто само провидение привело вас туда. Или нет… Одно время ходили слухи, что револьвер Дуброва не так прост, что оружие настолько мощное, что даже обладает собственным разумом. Они не подтвердились, конечно, а потом и Дубров пропал вместе с ним. Хотел бы я провести с ним побольше времени… Ну, думаю, это дело будущих дней. Насчёт погибших. Я узнаю, есть ли у них живые родственник и, если да, где они живут. Адреса передам вам. Будет лучше, если вы сами напишите эти письма, Дубов.
Я не стал отпираться. Дел, конечно, у меня целая куча теперь. Но я смогу выделить несколько минут на письма. Директор прав, будет лучше, если родственники узнают о судьбе предков от человека, который воздал им последние почести. Не абы какие, но хоть что-то. К тому же то место я отметил на карте — если захотят, могут перезахоронить останки или поставить мемориал. Их дело уже.
— Кстати, насчёт Инсекта, господин Дубов, — обернулся, уже уходя, Степан Степанович. Его очки сверкнули на солнце. — За время похода, наверно, подзабыли, что такое тренировки с Сергеем Михайловичем? Рекомендую их возобновить. У меня есть пара идей по поводу вашего развития. Обсужу это с вашим наставником, когда он вернётся.
Я пожал плечами. Про возможности своего Инсекта я знал крайне мало. Да мне и того, что уже умею, хватало.
— Эй, муженёк! — услышал я голос Агнес.
Вереница автобусов примостилась слева от ворот в сотне метров от меня, земля возле них была уже основательно вытоптана. Багаж раздали ещё не весь, так что часть студентов и их слуг ещё копошилась возле машин. На одной из больших куч поверх козлиной шкуры сидела гоблинша и весело болтала ногами. Очки на её макушке блестели на солнце. Она махала мне рукой.
Интересно, она понимает, что мне жена пока ни к чему? Во-первых, опасно, во-вторых, габариты у нас очень уж разные, а в-третьих я ещё не вернул себе земли. Хотя… что-то мне подсказывало, что она прекрасно это понимала. Просто ей нравилась эта шутка, а я и не против.
Я подошёл к гоблинше. Кучей вещей оказались, в общем-то, мои вещи. Я увидел холодильник, подаренный Мортоном, и другую добычу, которую заполучил за время похода. Разгребать это всё и разгребать.
— Ничего себе улов, Коля! — похлопала Агнес по шкуре. — Тут же целое состояние! Да ещё и того Плотоядного козла завалил. Не думал начать карьеру охотника или истребителя чудовищ?
Я хохотнул.
— Нет уж. Но как подработка вполне сойдёт.
Вдруг от ближайшего автобуса послышалось кряхтение, и в поле моего зрения вплыла Вероника. Пыхтя, она тащила большой мешок. А из того как раз торчали рога козла. Ценная добыча. Но какого чёрта она её тащит⁈
— Ты с ума сошла? — прикрикнул я и отобрал у неё мешок. Бросил его в кучу. — Я сам в состоянии тащить свои вещи. А тебе ни к чему носить тяжести. У тебя из-за объёмной груди и так спина болит наверняка…
— Господину не нравится моя грудь? — тут же поникла девушка. И надула губы. А потом упала на колени и громко заревела: — Господину моя грудь не нрави-и-ится-а-а!
— Господи, я же не содомит, конечно нравится! — тут же попытался успокоить её. — Но тяжести мои больше не трогай. Не женское это дело.
— Простите, господин, я просто хотела услужить вам.
— Услужить? — на козлиную шкуру рядом с Агнес присела княжна Онежская. Гоблинша поёжилась от холода.
О, нет.
Нянька княжны шла в сторонке — несла их скарб обратно в общагу. А Василиса подняла ножки в тёплых гетрах и заслонила ими меня. Потом раздвинула носки и взглянула с прищуром.
— Коля завёл себе служанку? — спросила она зелёную мелочь.
— Ага, но, кажется, сам об этом не знает.
— Что ж, это был вопрос времени, когда этот извращенец найдёт себе секс-служанку или рабыню.
— Да никакая она мне не служанка! — взбесился я.
Ещё не хватало, чтобы мне при мне же начали косточки перемывать.
Вероника вдруг побледнела и упала на колени.
— Господин, позвольте мне быть вашей служанкой! — завопила она, протягивая ко мне руки.
А потом ещё и ползти начала, отчего в декольте кофты стало видно её грудь. Прекрасную и неповторимую. Так, стоп!
— Мне не нужна служанка, Вероника. Подумаешь, спас тебя от козла-людоеда. Не стоит из-за этого становится моей служанкой.
— Ну пожалуйста-а-а! — глаза Вероники опять заслезились, отчего стали казаться маленькими синими озёрами.
— Ты посмотри, — услышал я княжну, — он ещё и бессердечный извращенец. Девушку до слёз довёл.
Я горестно вздохнул и закатил глаза. Как будто мне этих двоих с оркессой мало было! Кстати, надо будет проведать её в лазарете.
А рёв Вероники начал привлекать внимание других студентов. Она останавливались и наблюдали за сценой. Зараза.
— Ладно-ладно! Хорошо! — громко сказал я. — Будешь моей служанкой, Вероника. Не знаю, правда, насколько правила академии это позволяют, но если ты сама просишь, то, думаю, проблем не будет.
Девушка в последний раз всхлипнула и улыбнулась.
— Спасибо, господин! Можете дать мне первое поручение…
Она села на попу и тыкнула указательными пальцами друг в друга.
