— Не беспокойся, Лакросса, — отвечала княжна, закинув руки за голову и зажмурившись, — уверена, Коля знает…
— Если ты сейчас скажешь, что Коля знает, что делает, — клянусь, следующую ягоду я тебе в глотку запихну!
— Воу-воу, полегче, подруги! — попыталась остановить их Лиза. — Это вы так за внимание главного альфа-самца боретесь, что ли? Дак это по-другому работает.
Пепельная блондинка легла так, что молния на её куртке слегка раскрылась, показывая декольте с загорелыми полушариями. Дразнит, зараза.
— Чё⁈ — сразу взъелись на неё княжна с оркессой.
Тут уже я не выдержал и гаркнул:
— Цыц!
Когда все трое пристыженно замолчали, а Альфачик прижал уши и закрыл морду лапами, спокойно продолжил:
— Да что с вами двумя такое? Какая муха вас укусила? Стоило сюда приехать, как собачиться не перестаёте!
— Прости, — буркнули оркесса с тёмно-бронзовым щеками и покрасневшая княжна.
Лизе мне сказать было нечего, но я посмотрел на неё так, что она сочла за лучшее пристыженно спрятать глаза.
— Да, листок-самолёт нами потерян, назад не вернуться. Найдём новый. А пока осмотримся… Альфачик, чуешь монеты?
Я вытащил из кармана кики-монету и сунул волку под нос. Он встрепенулся, привстал и повёл носом вдоль земли. Значит, здесь что-то есть. Альфачик, не отрываясь от земли, повёл нас к центру поляны. Суровым взглядом заставил девушек подняться и идти за мной. Молча.
Через двести метров они подуспокоились. По крайней мере внешне. Истинная причина их ссор скрывалась где-то глубоко, и нужно время, чтобы она выплыла наружу. И возможно, ещё одна ссора.
Появились пчёлы. Они летали среди маленьких цветов, садясь то на одном, то на другом. Вот только… Это были неправильные пчёлы. Большие и с жалом, длиной с мой палец!
— Я дальше не пойду, — заявила бледная Лиза, встав как вкопанная и прижав руки к груди. — Я боюсь пчёл!
Таких и я боялся! Альфачика и девушек оставил на границе пчелиных территорий, а сам пошёл дальше. Только Инсект на всё тело использовал. Монету я и сам смогу найти.
Те покатые сооружения, что я увидел, выйдя из тростникового лесочка, оказались большими пчелиными ульями. Состояли они из продолговатых сот неправильной формы, похожих на подтаявшие сосульки, которые, словно жуткие костяшки домино, располагались друг подле друга и образовывали нечто вроде диковинных руин. Некоторые возвышались надо мной на целый метр. А жуткие потому, что ульи встревожились, и из них начали вылетать пчёлы. Сами собой с губ сорвались слова старой песенки:
— Я тучка, тучка, тучка, я вовсе не барон… Ай!
Одна из пчёл села мне на плечо и попыталась ужалить. И у неё получилось! Жало вошло неглубоко, но было всё равно больно! Что у них за яд такой⁈ И жала. Из трабелуниума, что ли?
А что? Вполне возможно. Здесь же давным-давно была Саранча, вот пчёлы и мутировали. Пожалуй, не стоит здесь задерживаться.
— Ах, как приятно тучке по… Ай! Небу лететь! Да где эта долбаная монета!
Я ускорился, оббегая улей за ульем, и остановился, когда заметил зелёную монету, утопающую в больших сотах. Пальцами отковырнул её и сунул в уцелевший карман. Собрался было уже возвращаться, но…
— Ай! Я же тучка!
Меня ужалили в задницу!
Ну нет, за такое надругательство мне теперь нужна моральная компенсация!
Я отломал солидный кусок сот, и с них сразу потёк янтарный мёд. От таких пчёл он должен быть супер полезный. Повернулся, чтобы уйти, как услышал жуткое жужжание, похожее на вой. Глянул через плечо и увидел рой пчёл, а впереди него огромную пчелиную матку! Крылья в размахе два метра, сама ростом с княжну, но… более фигуристая. Да, пчелиная матка по фигуре напоминала полосатую женщину с очень узкой талией. Только вместо ног огромное жало! И где они только прятались? Неужели в сотах⁈
— Какие-то неправильные пчёлы… — прошептал я, а затем завопил, бросаясь наутёк. — Бежим!
Девушки, увидев, что именно меня преследует, замерли от испуга. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем они пришли в себя и побежали с дикими визгами. Альфачик от страха аж завыл. И я бы тоже завыл, если бы не боялся, что пчела в рот залетит!
— К лесу! К тростнику! — кричал я, прикрывая рот.
Там сила роя значительно упадёт. А если повезёт, то мы и вовсе свалим.
Всей толпой повернули налево и побежали к ближайшей кромке леса. Жужжание сзади не стихало, воздух со свистом врывался в лёгкие. Девушки бежали впереди меня, а впереди них со всех ног уносился Лютоволк. Да, эти пчёлы даже такую зверюгу привели в ужас.
Чёрт-чёрт-чёрт!
Наконец добрались до тростника и с хрустом вломились в него. Бежали не разбирая дороги. Меня ещё пару раз укололи в спину и в ногу, отчего я начал прихрамывать. Но тростник отрезал от нас этих чудовищ. Вот только ненадолго… Я слышал гудение над поверхностью тростника, и оно мне не нравилось. Злое и натужное.
Думаю, они немного разозлились, что я у них мёд отобрал. Который был зажат у меня в подмышке.
