— Вообще-то, я пришёл, чтобы попросить помощи, — с трудом произнёс.
Не люблю обращаться к кому-то за помощью. Потом преследует неприятное чувство, что я задолжал этому человеку. Но другого выхода у меня сейчас не было. Евгений Андреевич единственный человек, к которому я мог обратиться. Другие варианты я уже пробовал.
— Неужели.
От его тона даже мою толстую шкуру огра пробрал озноб. Жуткий тип вне своих уроков. Во время них Евгений Андреевич казался куда более живым, чем сейчас.
Я подошёл и положил поверх работ студентов листок со списком необходимых мне ингредиентов.
— Буду честен, Евгений Андреевич. Те позиции, что зачёркнуты, я уже раздобыл. Но половину ещё предстоит найти. И я обошёл уже все магазины в Пятигорске. Там их нет.
Алхимик взял в руки список и пробежался по нему глазами. В них сразу зажёгся огонёк любопытства, а морщины на лице дрогнули от ухмылки, скользнувшей по губам.
— Любопытное сочетание дьявольского отростка с пальцами херувима. Эти растения чрезвычайно трудно достать. И ещё труднее смешать. Что вы хотите сделать? Взорвать академию?
Манера вести диалог у алхимика была такая же, как сам его предмет. Изменчивая, грубая и независимая. Законы алхимии так же непоколебимы, как и физики. Сейчас Евгений Андреевич это демонстрировал. Ему не нравилось, что за участие в Турнире Кикиморы директор приказал поставить мне «отлично» по всем экзаменам заранее.
Но и я не лыком шит.
— Только свой желудок, — ответил я, садясь на перевёрнутый спинкой вперёд стул перед ним.
— Если это для зелья, то состав весьма любопытный. Где вы его взяли?
— Мудрость предков.
Учитель хмыкнул.
— Радует, что вы не бросили читать книги. Вы неплохой алхимик, Дубов. Чуточку усердия и сможете одной каплей исцелять самих Императоров… Или убивать целые народы.
— Меня не интересует ни то, ни другое, — честно сказал я. Честность — моё лучшее оружие в разговоре с такими людьми. Он ложь чует так же, как все нотки аромата свежеприготовленного зелья. И может сказать по ним, где ученик совершил ошибку. — Вы знаете, где раздобыть недостающие ингредиенты?
— Точно не в нашей лаборатории, — мотнул он головой, снова вглядываясь в список. — У нас обычная академия, и таких наименований здесь никогда не водилось. Некоторые могут убить одним видом, а некоторые — своим присутствием.
Я удивлённо вскинул брови, и Евгений Андреевич со вздохом пояснил:
— Они настолько дорогие, что за них легко могут убить.
Молча пожал плечами в ответ.
— Что мне будет в обмен на помощь вам, Дубов?
А этот подземный житель своего не упустит…
— Всё, что останется, пожертвую вашей лаборатории.
Задумавшись, он пожевал тонкие бледные губы и наконец кивнул.
— Идёт. Кое-что есть у моих коллег. Не бесплатно, естественно…
— Все расходы компенсирую, — тут же сказал я. — Через баронессу Марину Морозову. Адрес и телефон своего поместья я оставлю, она управляет моими делами.
После операции в тылу осман я значительно разбогател. И хотя до сих пор не всю добычу продал, зато из имперской казны получил значительную сумму. Получил бы больше, если бы убил Хасана, но не всё в мире деньгами мерится.
Учитель снова кивнул, удовлетворившись ответом.
— А вот эти… — его тонкий палец коснулся листка в нескольких местах, — вещи весьма дорогие и редкие, но тут вам, можно сказать, повезло. Слышали когда-нибудь о московском алхимическом аукционе?
Я покачал головой. Евгений Андреевич открыл ящик стола и достал свежий номер «Московского вестника». Открыл нужную страницу с объявлением об аукционе через несколько дней. В нижней его части мелким шрифтом значился список лотов. Среди них действительно были те, что я искал.
— Мероприятие для зажиточных господ, Дубов… — протянул алхимик, с едкой усмешкой взглянув на меня. — Уверены, что располагаете необходимыми средствами?
Я попытался взять газету, но Евгений Андреевич удержал другой её конец, прижав ладонью к столу.
— Об этом пусть беспокоятся аукционеры, а не учитель алхимии в Пятигорской академии, — сказал я, всё же вырвав кипу желтушной бумаги.
Алхимик холодно улыбнулся одними губами. После этого я покинул его кабинет.
Странный он человек, своеобразный, но было в нём что-то такое… Вроде твёрдого куска железа под мягким скользким тестом. Хребет, не иначе. Значит, своё слово он сдержит. И выгоды своей не упустит. Мне удалось заинтересовать его зельем, так что обещанное алхимик из-под земли достанет.
Пока шёл к своим комнатам, прочитал объявление более внимательно. Аукцион должен состояться вечером третьего дня.
А это значит, что пора собираться в Москву.
