— А ты моё сердце покорила сразу, когда я увидел, как ты поднимаешь свою брошь… — На этих словах пятерня князя опустилась на правую ягодицу жены и сжала её, отчего княгиня сбилась с шага.
Подслушивать нехорошо, но у меня просто очень чуткий слух. Спасибо маме-огру и её ушам.
— Боже мой… — стала сокрушаться, тяжело дыша, Лиза, когда мы отошли к столу с закусками, — ты всегда так со Светлейшими разговариваешь?
Я фыркнул, а затем закинул в рот устрицу. М-м-м, какой необычный вкус! А она непростая… Свежа и очень хорошо насыщена маной.
— Ты ещё не видела, как я с Императором разговариваю, — отвечал я, тут же заглатывая вторую устрицу, взятую с блюда со льдом.
— С самим? — не поверила блондинка.
— Ага. Нормальный мужик, кстати, оказался. На охоту потом пригласил. Вероника, подтверди.
Синеглазка подозрительно молчала. Когда говорил с Лизой, она пропала из моего поля зрения, а её рука больше не держала мой локоть.
— Вероника? — обернулся я, ища её взглядом.
— М-мфпф? — раздалось с другого конца небольшого стола.
Моя служанка стояла там, похожая на хомяка, потому что её щёки раздуло от спрятанных за ними вкусняшек. Глядя прямо мне в глаза, эта любительница вкусно покушать медленно взяла маленькое канапе с мясом и сыром и пропихнула в рот.
Что ж, я уже успел забыть, каково это, когда у тебя начинает дёргаться глаз…
Лиза уткнулась мне в спину и хохотала, пытаясь заглушить смех моим смокингом.
— Тушь там свою не оставь, хохотушка — буркнул я, чем только вызвал новую порцию приглушённого хохота.
Стол с закусками был тут не единственным. В ряд стояло ещё несколько с напитками и другими блюдами. Я уже хотел расшибить лоб ладонью, когда рядом с Вероникой оказался коренастый парень со стрижкой-ёжиком и лицом простолюдина из глубинки. И щеками не меньше, чем у Вероники. Он шёл вдоль закусок, одну за другой запихивая их в рот. Столкнулся с синеглазкой, и они встретились взглядами.
Парень радостно заулыбался. Ну, насколько вообще можно улыбнуться с до отказа набитым ртом. И показал два больших пальца. Вероника часто-часто закивала.
Не подавись только, родимая…
Лиза, увидевшая это зрелище, опять спрятала лицо в моём смокинге.
Боже, и кого я только взял с собой? Одна вот-вот подавится, вторая умрёт от смеха…
— Вижу, наши хомяки уже познакомились! — раздался сбоку знакомый ехидный голос.
— Граф Акрапович! — пожал я руку адвокату герцога Билибина. — Рад встрече!
За его плечами возвышались ещё два мордоворота. Один посмазливее, поменьше и поумнее, а второй побольше, потолще и с наивным лицом. Одеты эти двое были так же, как хомяк, подошедший к Веронике. В тёмные костюмы — не самые дорогие, но и не самые дешёвые.
— Что? — Акрапович насмешливо улыбался, глядя на парня с набитым ртом. — Вкусно, да?
Парень радостно закивал, активно работая челюстями. Улыбка сползла с лица графа.
— Жуй быстрее, позорище. Аукцион вот-вот начнётся, а вы тут развлекаетесь… — затем он улыбнулся Веронике, которая прикрыла рот ладошкой, тоже пытаясь прожевать всё быстрее. — Вероника, душа моя, рад встрече. Даже не думал, что успею так соскучится по вашей компании.
Он взял её ручку и учтиво поцеловал. Да, похоже, Вероника и правда успела покорить его сердце.
— Михал Саныч, простите, — заговорил парень-хомяк, — ну очень вкусно здесь всё!
— Правда вкуфно, гофподин! — жалобно прошептала, чавкая мне на ухо, Вероника.
— Боже, всё, прекращай балаган! — Акрапович кивнул на троицу в костюмах: — Мои телохранители…
Дожевав, парень встал рядом со своими коллегами. Тот, что поумнее лицом дал ему лёгкого леща.
— Ты же дома пожрал! — прошептал он яростно. Так, что я услышал.
— Дак ведь на халяву! Ты знаешь вообще, сколько это всё стоит? Да нам с нашей зарплатой…
— Завязывайте вы, оба, — пробасил третий громила. — А то пряник нам опять замену найдёт. Забыли, что ли, как он нам все уши прожужжал о телохранителе из Пятигорска? Лично я из-за вас не хочу работу потерять… Меня батя просто прибьёт…
В это время я представил Лизу графу. Судя по озорным огонькам во взгляде, он оценил её красоту.
— Прошу прощения за это представление, господин Дубов. Так какими судьбами? После нашей последней встречи ваше состояние улучшилось ещё сильнее, раз вы здесь!
— Не люблю пускать дела на самотёк. Поэтому просто делаю, что могу. А деньги сами приходят, — лукаво подмигнул я.
Граф шутку оценил и засмеялся. Он помнил, как я «не пускаю дела на самотёк»… Так, что потом целые особняки всяких мятежных князей, вроде Михайловых или Разумовских, идут под снос.
Мы ещё какое-то время поговорили, обменявшись новостями. Я попытался разузнать о герцоге Билибине — как его адвокат, граф Акрапович мог знать, где он сейчас. Мои надежды не оправдались. Михаил Александрович и сам ломал голову, куда пропал его лучший клиент.
— Честно говоря, — вещал он, идя рядом со мной, — я сам рассчитывал его встретить здесь. Максим Андреевич подобные мероприятия обычно не пропускает. Не ради аукциона, но ради рабочих связей. Ну вы понимаете, мой дорогой…
Прозвенел звонок, извещающий о начале аукциона.
— Ну-с, ещё увидимся, Ваше Благородие!
