— Скорее всего это зелье, сделанное из магнолии стоячей, красноцвета лучистого и… кажется, корня женьшеня.
— Не знаю.
Лариса Викторовна медленным движением расцепила скрещенные ноги, ту, что была сверху, опустила, а ту, что была снизу, положила на первую. Юбка от этого движения ещё немного задралась.
— Это зелье известно своим побочным эффектом. Ты его чувствуешь?
— Если вы о чрезмерной жизненной энергии, то да.
Учительница позволила себе смешок.
— Знаешь, в древности существовал такой учёный, Мендель. Он сформулировал законы, которые объясняли принципы передачи наследственных признаков от родительских организмов к их потомкам. Рецессивные и доминантные гены, их проявление и всё такое…
— Помню что-то из школьной программы.
Я уже понял, к чему клонит Лариса Викторовна, но ей, похоже, нравилось быть эдакой акулой, которая наворачивает круги вокруг жертвы. Что ж, я совсем не прочь и никуда не спешу. Впереди вся ночь, и если ей хочется поиграть, пускай.
— Полукровки в нашем мире не редкость, хоть и не поощряется, но от реальности не убежишь. Эволюцией так заложено, что дети в таких случаях получают от обоих сторон самые лучшие гены. Зачастую они сильны и красивы. Мне любопытно, Дубов, кого в тебе больше, огра или человека?
— И как же это выяснить?
Лариса сняла очки и взглянула на меня из-под пышной чёлки, закусив пухлую губку жемчужными зубками. Она слезла с парты так, что её юбка ещё выше задралась, и я смог увидеть краешек красной ткани, прошла мимо меня, задев бедром и обдав запахом духов и прошедшего дня. Сумасшедший аромат. Она подошла к двери, виляя бёдрами так, что у меня свело ноги, закрыла её и щёлкнула замком. Обернулась и провела рукой по вороту блузки, чуть оттягивая его в сторону.
— Есть один способ… — промурлыкала она.
Против такого напора устоять было невозможно. Да я и не особо пытался. Врачи говорят, что держать всё в себе вредно, особенно для мужчин. А я мужчина или кто? По крайней мере, Лариса Викторовна теперь знала точный ответ.
Сперва она испугалась моих размеров, но потом в ней зажёгся научный интерес. А я был только за. Её кожа оказалась гладкой и шёлковой, а формы чарующими и сводящими с ума. Грудь для такого размера оказалась на удивление упругой и стоячей, розовые соски бодро торчали, отзываясь на каждое моё прикосновение. Задницей Ларисы я тоже насладился сполна. Мягкая и сочная, что даже из рук выпускать не хотелось.
Одного раза мне не хватило. Двух тоже. Чёртово зелье превратило меня в ненасытного маньяка, что полностью устраивало Ларису. Учительница радовалась вплоть до того момента, когда я захотел в третий раз. Её лицо раскраснелось, причёска растрепалась, а бельё было раскидано по всему кабинету. Красивое, кстати, даже жаль было снимать.
— Дубов, ты с ума сошёл? Я, конечно, понимаю, молодой организм и всё такое, но мы тут уже три часа. Мне ещё к занятиям нужно подготовиться.
Я пожал плечами и сказал:
— Можно убить двух зайцев.
Позволил ей взять учебные материалы, потом развернул, нагнул, чтобы её лицо было над столом, и продолжил своё дело. Спустя ещё некоторое весьма продолжительное время — третий раз всё-таки, — я сделался усталым, но весьма довольным. А Лариса слегка охрипла. Её голое тело блестело от пота, а грудь часто вздымалась.
— Почему я? — спросил из чистого любопытства.
— Ты производишь впечатление бывалого человека, а путаться с детишками аристократов, — говорила Лариса с сексуальной хрипотцой, — которые только вынули мамкину сиську изо рта, скучно и чревато проблемами. В учителя академии неохотно берут аристократов. Закон защищает такие рода, но сам понимаешь… Какой-нибудь ученик обидится, что предмет вожделения отверг его, начнёт мстить, но не учителю, а его или её роду. Академии не нужны лишние разбирательства, вот и отдают предпочтение безродным, но способным простолюдинам вроде меня. А представляешь, какие будут проблемы у меня, если вдруг сын какого-нибудь князя влюбится в простолюдинку и захочет жениться на ней? Хорошо, если просто уволят. А могут избавиться и более радикальными методами. А я, между прочим, взрослая женщина, и у меня есть потребности. И научный интерес, который на сегодня сполна удовлетворён.
Пальчиком она игралась с кудряшками на моей груди, а я поглаживал её спину и попку. Да, позаниматься делами учебными ей так и не удалось. Не смогла не участвовать в процессе. Вообще, я был удивлён, что она выдержала этот марафон. Выходит, проблема потребностей, о которой она упомянула, стояла в полной рост уже достаточно долго.
