Барон отменяет правила полностью

Древнейший и остальные драконы были свободны.

Они медленно, один за другим, поднимали головы. В их глазах читалось удивление.

Ещё бы! Сегодня они первый раз в жизни чувствовали настоящую свободу…

— Венсан Антар… Господин Белый дракон… — Голос Древнейшего прокатывался по городу, но слышать его могли только мы с пушистым. Старый дракон поднялся на лапы, а затем низко, до самой земли, нам поклонился. — Благодарю вас за помощь! Мы долго жили под гнётом Императора… Вы подарили нам новую жизнь!

Остальные ящеры повторили за ним. Все огнедышащие, которые были связаны с Мин Тао Договором, сейчас благодарили нас, склонив головы.

Однако, странное ощущение… Такого в моей жизни, кажется, ещё не было!

— Человек, какое приятное чувство… Кыш и не думал, что может так собой гордиться! — Дракоша жалобно посмотрел на меня. — Только Кышу плохо. Очень-очень плохо…

Язык хвостатого заплетался, слова давались ему с трудом. Его сердцебиение стало тихим и практически неразличимым. Магический Источник опустел практически до дна.

И болотной гидре понятно, что с ним происходит. Разрыв Договора забрал у питомца слишком много сил. Даже несмотря на мою поддержку, он перенапрягся и потратил больше сил, чем имел.

Я уже приготовился ему помочь, когда услышал голос Древнейшего.

— Венсан Антар. Позволь нам это сделать!

Я посмотрел наверх. Драконы парили над нами. И они делали что-то очень странное.

Выстроившись в сложном порядке, они сцепились лапами и оплели друг друга хвостами, образовав единую живую систему. Десятки ящеров зависли над Пекином, раскачиваясь в только им слышном ритме.

От них к Кышу потекла древняя драконья магия. Это была не просто сила, а сама суть их природы.

Это помогло.

Каналы Кыша начали исправляться прямо на глазах. Всё, что мне оставалось, — это управлять энергией, направляя её на проблемные участки.

Дыхание питомца стало глубоким и ровным.

На этом драконья поддержка не закончилась.

Я почувствовал, как ожила Печать, оставленная Золотым драконом. Ого! Она так давно не давала о себе знать, что я успел о ней забыть!

Магия Золотого дракона оказалась нелишней. Она вихрем пронеслась по телу питомца, наполняя его силой.

После этого мне оставалось только наполнить пушистого энергией из огромной Реликвии и подправить несколько потоков.

На этом спасение питомца было завершено.

— Человек, всё хорошо. Кыш отлично себя чувствует! — Пушистый поднялся на лапы и, взмахнув крыльями, поднялся в воздух.

Его болтало из стороны в сторону, но, тем не менее, выглядел питомец вполне здоровым. Его жизни больше ничто не угрожало.

— Благодарю! — Я кивнул парящим над нами драконам.

Они успели расцепиться и теперь, гоняясь друг за другом, нарезали в воздухе круги.

— Не стоит благодарности, Венсан Антар! Белый дракон помог нам, а мы помогли Белому дракону. Это справедливо! — На морде Древнейшего появилась улыбка. — А сейчас прощай. Договор разорван, и у нас больше нет причины оставаться среди людей…

— Что планируете делать дальше?

— Отправимся обратно в свою Брешь. Немного отдохнём. Десять лет, может быть двадцать… Надеюсь, людям хватит ума нас не беспокоить!

Отпускать хвостатых так просто я не собирался.

— Подождите! — произнёс я, и ящеры застыли вокруг меня. Кого-то другого они бы слушать точно не стали, но ко мне у них было особое отношение. — Борис Ланцов вернулся из заточения. Он хочет использовать смертельную Печать, чтобы захватить Империю.

Драконы переглянулись.

— И что ты хочешь от нас, Венсан Антар? — Древнейший задумался. — Нашей помощи?

— Поддержки. Вы — сильные. Вместе с вами справиться с Ланцовым будет намного легче!

— Я слышал про Ланцова. Он опасный Одарённый. Его сила сравнится с силой дракона! Но это проблемы людей. Нас они не касаются…

Я отступать не собирался. Огнедышащие — могущественные союзники. Глупо упустить их поддержку, даже не попытавшись!

— Вообще-то касаются. Печать Ланцова пробудит Воронки. И не только в Российской Империи, но и по всему миру. Если вы думаете, что это вас не затронет, то сильно ошибаетесь!

Я кивнул Кышу, и тот по ментальной связи направил Древнейшему изображение того, что Печать Ланцова сотворила в Петербурге. Десятки трупов и сошедшие с ума Воронки.

Пушистый не поленился и направил картинку и другим ящерам. В одну секунду взгляды у них стали встревоженными.