Красным домом почтительно называли резиденцию Инквизиции, расположенную на бульваре Пале у стен печально известной тюрьмы Консьержери. Здание, которое предпочитали обходить стороной даже самые добродетельные христиане. Барон вытащил из кармашка жилета хронометр, посмотрел на циферблат:
— Уже шесть. Отлично, я даже дам вам фору. Пари предлагаю считать начинающимся завтра, с восьми утра. Если до следующего вторника Управление общественной безопасности не арестует преступника, я буду считать себя проигравшим. Кто выступит нашим арбитром?
Сквозь любопытных протолкался невысокий, пухлый месье во фрачном жилете поверх белоснежной рубашки:
— Приветствую, господа. Добрый вечер, Барон. Окажете мне честь стать вашим гарантом?
— Мое почтение, месье Пети. Я не вижу никаких препятствий для этого.
— В таком случае, я свидетельствую действительность спора и кредитоспособность сторон. В свою очередь, ставлю еще сотню ливров на месье Гведе Семитьера.
Началось традиционное для столичных салонов развлечение — принятие ставок. Барон откровенно зевал от скуки. Наконец, из толпы вынырнул тот самый толстячок.
— Барон, рад видеть. Вы были так уверены в себе, что я не смог удержаться и не поставить на вашу победу. Надеюсь, вы крепко стоите в своей позиции? Может, у вас есть какая-то информация, недоступная широким кругам?
Семитьер пожал его руку:
— Кто знает, Эжен, кто знает? Информация может возникнуть из ниоткуда. Вон, завтра доминиканцы начнут хватать каждого, кто покажется похожим на хананействующего франкмасона и все. Кто-нибудь сознается, и плакали ваши денежки. Да и вообще, разговоры о ритуальных убийствах, могут привести к знатной охоте на ведьм. Я уже молчу про слесарей и ремонтников, у которых отверток в поясном чехле не одна и даже не две.
— Так-то оно так. Да только всех подряд хватать — хваталки устанут. Впрочем, на месте жандармерии, я серьезно бы задумался о ритуальной подоплеке этих убийств.
— Поделитесь своими мыслями?
— Я, конечно, не служитель закона, но если вдуматься: зачем преступник оставляет тела жертв с раскинутыми руками? Вдруг он видит в них каких-то высших существ, проводников воли Всевышнего? Да и мало ли, может патрульные не обратили внимание, а рядом с трупами есть какие-нибудь сакральные знаки? А сколько у нас сектантов-алхимиков? Я, например, слышал о том, что чиносские даосы свои “небесные пилюли” изготавливают из человеческих сердец!
— Вскрытие покажет, Эжен.
— А вы все со своими мрачными шуточками! Нет, положительно, вам нужно научиться смотреть на мир сняв темные очки. Кстати, Барон, вы не надумали покупать собаку? У меня как раз подрос помет отличных, чистокровных доберман-пинчеров.
— Легбины врата! Они же жрут, как крокодилы в Миссисипи!
— Разве это проблема? Я заказываю на консервном заводе перемолотые потроха, смешиваю их с кашей, тем и кормлю. Выходит не так и дорого.
Барон заинтересованно посмотрел на Пети:
— Что, зарплаты протезиста не хватает на нормальное мясо? Даже с прибавкой в виде “левых” справок о состоянии здоровья? Если и так, на заводе же, пожалуй, дерут втридорога за штучный заказ?
— Увольте, какой там штучный! Им же все равно что мельчить — рыбьи кости, мясо или потроха. Пять ливров в карман дежурному ремонтнику, и дело в шляпе. Да и что вы придираетесь к этим справкам? Неужели вы не понимаете, что я делаю это не ради заработка — откуда деньги у простолюдинов? — а из гуманизма. Вы видели этих несчастных, которые готовы ради пары экю разгружать составы, не обращая внимания на гангрену?
— Хорошо-хорошо. Вы величайший гуманист и Дидро страдает, потеряв свой титул. И все же, это ж где у нас такие расценки?
— Да в “Кошкином доме” ж. Тем более их владелец легко закрывает глаза на такие халтуры своих сотрудников.
— Что ж. Убедили. На днях загляну полюбопытствовать вашим выводком. Кстати, я тут недавно общался с одним фликом и мы немного подискутировали на тему того, как проще всего получить право на трудоустройство. Не просветите меня?
— Там все очень просто. Приходишь с пакетом документов в Департамент трудоустройства, стоишь в очереди таких же бедолаг. Получаешь отказ в половине случаев. Через неделю снова собираешь документы и повторяешь процедуру. И так до тех пор, пока служащий не поставит тебе нужную печать в бланк.
— А что входит в этот пакет?
— Справка о состоянии здоровья, выписка из личного дела в жандармерии. Само собой документ с таможни. Справку, сами понимаете, получить сложнее всего. На всю Лютецию есть всего три больницы, где ее выдают.
— Если не считать мошенников, вроде вас? — Барон ехидно подмигнул. — Курочка по зернышку клюет, за малую мзду можно же купить?
