– Боги с вами, Екатерина Семеновна! Шутить изволите? Какой развод?
– Нет? – переспросила, теряя надежду.
– Конечно, нет! Позора не оберетесь!
– Ну, и ладно! Не очень-то и хотелось! Так что с мужем?
Не знаю, почему, но этот вопрос волновал меня больше других. Может быть, потому, что теперь моя жизнь будет связана с этим человеком, незнакомцем, которого я и в глаза не видела. Может, дело было в интуиции, которой я привыкла доверять, или в памяти самой Кати. Отдельные бессвязные образы нет-нет, да и всплывали в моем сознании. Оттуда же пришла мысль, что чародей, по случайности ставший мужем этой барышни, так просто не отступится. Ничего, и с его мотивами тоже разберемся.
Горничные, смекнув, что опасности для них я не представляю, тут же взяли меня в оборот. Груня занялась уборкой в комнате. Дуня накинула мне на плечи домашний халат и вызвалась проводить в местный аналог ванной.
От помощи я не отказалась, хотя неплохо ориентировалась в доме. Дальше порога свою спутницу не пустила. Не хватало еще мыться при посторонних. Я не стеснялась своего тела, но хотелось побыть в одиночестве, подумать, да и голова снова разболелась.
Оставив озадаченную горничную наедине с собственными мыслями, я заперла дверь. Внутри оказалось все не так плохо, как я думала, но и не совсем так, как рассчитывала. На печи в большом чугуне грелась вода. Внизу, на полу, стояла пара ведер с холодной водой. В центре комнаты располагалась какая-то деревянная бадья, в которой мне предстояло мыться. Ничего, я и не к такому привыкла. У нас дома в деревне вообще удобства были на улице, зато баня, построенная еще дедом, компенсировала все неудобства. Может быть, потому я редко болела в детстве простудными заболеваниями – закалилась.
Только я успела порадоваться возможности привести себя в порядок, как услышала зычный мужской голос.
– Где она? – вопрошал некто. – Я тебя спрашиваю, куда спряталась эта никудышная?
Дуня, я узнала ее по голосу, извинилась и что-то пролепетала в ответ. Я, как ни старалась, ничего не услышала. Мужчина, видимо, удовлетворился, больше не кричал и, кажется, даже собрался уходить. Я слышала звук удаляющихся шагов. Вздохнула и едва не подпрыгнула, когда он добавил:
– Поторапливайся, Катерина, муж за тобой пришел.
Муж? Какой муж? Я думала, что получив такой “теплый” прием, он больше здесь не появится. После рассказа Дуни и Груни я сомневалась, что молодых связывали нежные, трепетные чувства. Как не верила в то, что они могли вместе придумать план, чтобы избежать навязанного брака с неким княжичем. Если только не разыграли представление нарочно.
Нет, вряд ли. Когда я обращалась к памяти Катерины, то не находила никакого отклика при упоминании имени Владимира Чарторыйского. Возможно, они даже знакомых не было и до сего дня. Эх, узнать бы о нем побольше, но горничные даже слухами о нем не успели со мной поделиться.
Катя наломала дров, а мне-то что теперь с этим делать? Я обеими руками “за” брак, семью, но только по любви. Был у меня один не слишком удачный опыт отношений, построенных на иных чувствах. Уважения и общих интересов оказалось недостаточно. Попытка превратить дружбу в нечто иное провалилась. Так что я с легким сердцем отпустила Петра, когда он признался, что встретил девушку мечты. Романтик, хоть и математик, мой первый мужчина и лучший друг, которого я потеряла.
Стоит ли говорить, что теперь все мои мысли были заняты вовсе не купанием? Я, конечно, привела себя в порядок, в очередной раз отметив, что тело мне досталось очень даже привлекательное, но делала все как-то автоматически. Не могла получить удовольствие от процесса. Быстро искупалась, вымыла волосы, вытерлась насухо и завернулась в это же полотенце. Не сидеть же голой в ожидании горничной, что обещала принести чистую одежду.
– Барышня! – робко позвала Дуня. – Откройте! Я платье принесла.
Я отодвинула засов, впустила девушку. На какое-то время забыла о тревогах. Любопытство оказалось сильнее страха: мне не терпелось узнать, какие наряды носят местные женщины. Судя по тому, что все мы говорили по-русски, не стоило ожидать чего-то экзотического. Хотя для меня и сарафан с кокошником будут такими же непривычными, как шаровары с туникой или сари. Ладно, разберемся!
