«А что нынче Европа пишет про Россию?» – как-то не вовремя эта мыслишка пришла в голову ВКП(б). И никак от неё не отвязаться. А ведь его ждёт в спальне молодая жена. Телевизор нынче давно уже совмещает в себе компьютер, который как робот управляется телепатическими сигналами человека. В Европе такие роботы – телевизоры в каждом доме. А у нас это чудо пока ещё только во дворцах и замках высоких персон. Но не будем о политике. У нас все равны. И каждый зарабатывает, сколько может. А если не можешь, то вини только себя.
Валентин Кузьмич напряг все свои мозговые извилины, ожидая увидеть надоевшие банальности в сообщениях какой-нибудь немецкой газеты «Bild» или «Die Welt» о том, что 90 % населения России живёт за чертой бедности. А тут, нá тебе, на экране: «Президент России Мефодий выбросился из окна сумасшедшего дома имени Гиляровского». Про это Валентину Кузьмичу ещё не докладывали, а эти, якобы, уже знают. Впрочем, что тут такого. ВКП(б) конечно не историк, но читал кое-что: вот известный эсер Борис Савинков тоже выбросился из окна, правда, не дурдома, а Лубянки, что на улице Большая Лубянка. Сами понимаете, что это за контора.
У Валентина Кузьмича даже лоб наморщился от мозговых усилий для того, чтобы убрать с экрана это несвоевременное сообщение. И рот открылся от напряжения. Всё его лицо, скажу без ложной лести, довольно интеллигентное, превратилось в оскаленную морду злобного пса. И тут его внутреннее ухо уловило отчаянный крик Мефодия: «Это тебе, Валентин, ещё зачтётся!» Но на экране опять замелькали немецкие тексты. «Weihnachten! – Валентин Кузьмич по-немецки, как на родном русском. Прошлая спецслужба в Германии при посольстве России обязывала. – Праздник Рождества Господня – лучший повод, чтобы заполнить холодное и темное зимнее время светом и теплом, – продолжает радостно вещать немецкий канал, – на Рождество вся семья собирается под рождественской елкой, чтобы вместе хорошо поесть и подарить друг другу подарки».
И, конечно, рождественские скидки 20 процентов. Замелькали названия лучших немецких водок. Кому, как не Валентину Кузьмичу их не знать. Всё как из прошлой жизни: «Wodka Gorbatschow» «Wodka Jelzin» «Wodka Putinov». И рождественская скидка на эти водки аж 30 %. Пейте бюргеры, пока водка дёшёвая. И помните, кто правил Россией! Но вот что заметил Валентин Кузьмич: водочных бутылок с фамилиями последних трёх президентов, в том числе и Мефодия не было. Валентин Кузьмич напряг всё свое существо. Сработала телепатия. С экрана исчезли все немецкие тексты. И вот бутылка с красной наклейкой, как у родной «Столичной». Пять золотых медалей – «Wodka Pogorelow-Berezovski». И это название на фоне храма Христа Спасителя. И рекламный текст: «Изготовлена из спирта пшеничных сухарей. В состав входят: микроскопические частицы золотой фольги, фруктоза и лактоза». Вот она – телепатия!
Вдруг стало как-то тревожно. Он пока ещё не президент. И как-никак, всё-таки шестьдесят лет. Врачебный контроль необходим. Вот пару дней назад кардиолог сказал, мол, вроде замечены шумы в сердце Валентина Кузьмича. Конечно – вроде. Но осторожность не помешает. Впереди выборы и волнения неизбежны. И врач предложил исключить лекарственные средства для повышения потенции. Вот сейчас Валентин Кузьмич сидит в персидском халате. А в будуаре ожидает его Марго, молодая двадцатипятилетняя жена-красавица. Что же опять сказать ей, что работа, работа. И опять пойти спать в свой кабинет. И чем только не пожертвуешь ради Отечества.
Был уже первый час ночи. Марго, по рождению Маргарита, не дождавшись мужа, вышла из своего будуара. В зале, где Валентин Кузьмич принимал особо доверенных лиц, ярко светился телевизор. На его экране красовалась огромная бутылка «Wodka Pogorelow-Berezovski». И вот телевизор ожил, и замелькали немецкие рекламные тренды: «Wodka Jelzin» – 6,99 EUR, «Wodka Gorbatschow» – 12,99 EUR, «Wodka Putinov» – 20,99 EUR, «Russische Wodka Pogorelow-Berezovski» – 59,99 EUR.
Марго некоторое время постояла перед телевизором. «Вот как мой Валентин Кузьмич подорожал», – произнесла она с лёгкой улыбкой и отправилась в свой будуар в ожидании сладких сновидений.
Я выращиваю рассаду помидор на окне городской квартиры. Окна у меня выходят на север, и потому рассада к апрелю прорастает тощими недорослями. Отметь, застекленье балкона обошлось мне недёшево. Четыре бутыля водки – одну мы сразу приняли с Коляном. Вторую – после выполненной работы. А две Коля забрал с собой. На опохмел. Обещал позвать. Но, верно, забыл.
Это не считай стоимости рам.
Короче, я инвестировал в помидоры – это четыре бутылки водки, раз. Ну, одну выброси. Сожрали с Коляном. Рамы – два. Потом Коля пришёл снова и говорит:
– За рамы-то я с тебя взял. А за работу-то кто платить будет?
Ну поддатый ясно.
Я ему:
– За какую такую работу? Рамы-то мы с тобой вместе ставили. А водка? У меня что? Свой спиртовой завод? – Я ему ещё про закус не напомнил. Хотя капуста квашеная и картошка своя. Ну, колбасы докторской купил. Кто там считает.
