– Как что, – усмехнулся премьер, разве Вам не доложили решение президента Мефодия: искусственная кома, и в холодильник до лучших времён.
– Каких это лучших времён? – испуганно спросил директор ФСБ.
– Об этом спросите Мефодия. Но поторопитесь с вопросами к нему, – ВКП(б) как-то не по-доброму хохотнул. И что-то зловещее в его голосе почудилось Медняку.
Придя в гостиничный номер Израиль уселся на диван и тут же включил телевизор. Естественно русский канал. Вот замелькали сообщения: «Для женщин, ведущих активный образ жизни, решена идея осуществлять процесс мочеиспускания в положении стоя. В Париже на улице Вожирар установлены экспериментальные туалеты «для женщин стоя».
«В Барселоне произошел взрыв в супермаркете. Погибло пять человек. Среди погибших по предварительным данным граждан России нет».
«В твиттере Александра Лимонова обнаружены высказывания, порочащие кандидата в президенты Жанну Грей: «Кандидат по вызову – Жанна Грей. Девочка по вызову – Жанна Грей». Ведется следствие.
«А кто это ещё за Александр Лимонов? Помнится, был Эдичка. Верно, какой-то правнук из молодых», – но эта минутная озадаченность Израиля вдруг была смыта грохотом из телевизионного ящика.
Возникли крупные титры на весь экран: «К выборам в Президенты России допущены:
1. Валентин Погорелов-Березовский – партия «Русь святая».
2. Григорий Зюбегалов – КПРФ.
3. Вольф Жеребёнский – ЛДПР.
4. Мария Сидорова (псевдоним – Жанна Грей) – самовыдвиженец.
5. Порноактриса Люся Эклер – самовыдвиженец.
И мелким шрифтом: «Нынешний президент Мефодий в выборах не участвует. С тяжёлым заболеванием помещён в больницу. Диагноз неизвестен».
А дальше мелькают тексты: «Шопинг приносит большее удовольствие, чем секс. Перед выборами президента разумно организовать шопинг на Ходынском поле».
«Ах, сладенькое пирожное эклер. Вчера в порнухе, а нынче в президенты!»
Дальше крупным шрифтом: «Валентин Кузьмич Погорелов-Березовский заявил: «Женщина – кандидат в президенты России не ново. Но и сейчас надо как-то разнообразить сценарий, выстроить какую-то драматургию».
Тут же сообщение Интернет-издания «Демшиза.Ру»: «Мефодий помещён в психиатрическую клинику имени В. А. Гиляровского[48] на улице Матросская Тишина с приступом шизофрении».
Израиль вскочил с кресла: «С каких это пор именем писателя, автора известной книги «Москва и москвичи» называют сумасшедший дом». Но потом – будто молотом по голове, и он заорал: «Это у меня шизофрения! Эта клиника на улице Матросская Тишина. А там самый зверский следственный изолятор Москвы. Так что всё возможно, всё возможно! Скоро появится психушка имени Александра Сергеевича Пушкина. И этот Зюбегалов и этот Вольф, у которого «мама русская, папа альтист» – в президенты России!?
Господь же их забрал больше семидесяти лет назад? А нынче вернул? Ведь оба в аду горели! В газетах читал! Без мздоимства здесь точно не обошлось. И сколько Харон получил на лапу в долларах? А я? Как же предстану перед высоким Европейским Судом?! Господи! Мне пред Твоим судом предстать надо!
В усадьбе XIX века – «Ново-Огарево» тишина. За окнами медленно опускаются хлопья снега, покрывая английский парк, окружающий усадьбу белым одеялом. На нежно-розовый итальянский диван фирмы «Амедио» под картиной известного итальянского художника Аурелио Бруни, на которой изображены лимоны в резной тарелке. Лимоны изображены с веточками, и это особенно, по ощущению хозяина усадьбы, создаёт ту поэзию живописи, которая отличает гениального художника. За окнами сгущается сумрак. Золочёный светильник слегка притушен.
На диване в махровом персидском халате сидит великий князь Сергей Александрович. Это же его усадьба.
Но если присмотреться, то на диване фирмы «Амедио» в махровом халате сидит вовсе не великий князь Сергей Александрович, а премьер-министр Валентин Кузьмич.
Он пока ещё не президент России. Но вот-вот им станет. Перед ним на всю стену телевизионный экран. Конечно экран чуть поменьше, чем тот, что нынче перед храмом Христа Спасителя, где в свою бытность патриархом Мефодий представлял свои проповеди. На своём экране ВКП(б) видит, как журналисты бегут по улицам Москвы и опрашивают прохожих, кого бы они хотели видеть президентом. «За кого кроме ВКП(б)?» «За кого ж кроме?» «За кого кроме?» От этих ответов жителей Москвы сердце Валентина Кузьмича наполняется теплом и тихой радостью. Только один древний старик вдруг произнёс: «Был бы нынче жив Жеребенок, я б за ЛДПР голосовал». Мальчишка-журналист хотел, верно, ляпнуть, что Вольф Жеребенский жив и здоров. Смотри, мол, сегодня ящик. Но «наблюдающий в сером плаще» вовремя остановил его.
