– Мист была с нами в том походе, – тактично сказал Торрен. – А Эррах присоединился к нам позже. Он, лэри, болен карвией. Простите, он маску не снимает.
– Как печально, – сказала Элианна, с интересом разглядывая обоих. – Но друзья Вейлариса, любые друзья, всегда найдут кров и приют в его доме. Кинтра, – она повернулась к почтительно ожидающей поодаль домоправительнице. – Попросите подать завтрак на всех нас. Сейла, приготовь стол. А вы проходите, берите кресла. О, Торрен, как я рада тебя видеть! Как будто Вейларис снова с нами, и сейчас зайдет в эту комнату…
– Элианна, – грохнуло от двери так, что Мист едва не подпрыгнула на только что выбранном кресле, потому что на фоне слов лэри прозвучавший голос был очень похож на голос Виля. Впрочем, появившийся в проеме мужчина был и внешне похож на Вейлариса, только значительно старше. Элианна повернулась к нему и, не поднимаясь со своего места, царственно обернулась.
– Да, дядя?
– Это к тебе были эти бродяги? Отец твой в курсе, с каким сбродом ты яшкаешься?
– Отец мой, – сдержанно ответила девушка. – Не в курсе ничего, что не связано с его скорбью и новым советником. А это друзья нашего дорого Вейлариса.
Мужчина сощурил светлые глаза, словно булавочными головками буравя всех по очереди.
– Тебя, кажется, знаю, молокосос, – сказал он Торрену. – Ты сюда наезжал прошлым летом.
– И до того, лэр Сорс, – вежливо отозвался Торрен, поднимаясь из кресла и отвешивая поклон. Эррах повторил за ним, а вот Мист упрямо осталась сидеть.
– Что явился-то? Нету от Вейлариса вестей и тут ничего хорошего нет.
– Вещи мы его привезли из Университета, – пояснил парень. – Память о нем для лэри Элианны.
– Понятно, – Сорс еще раз окинул их всех сумрачным взглядом, открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал и вышел.
– Дядя, – сказала Элианна задумчиво, глядя ему вслед. – Обеспокоен. И не находит себе места с той поры, как мы получили печальные известия, а отец в своей скорби предпочел обратиться не к семье, а к своему новому советнику.
– О нем дурные слухи ходят, лэри, – встрепенулся Торрен. – Мы уж наслушались. Мол, мертвых он поднимает на службу лэра, и квартал-то для того и снесли возле замка, чтобы его мертвая армия там жила.
У Элианны краска так резко отхлынула от лица, что сразу стало ясно – слова Торрена попали близко к правде. Она сжала и разжала руки на подлокотниках кресла, собираясь с мыслями до ответа, и тут в двери с предварительным стуком втекла процессия из трех слуг с подносами, и принялись сервировать стол для завтрака. Если их и смутила маска на лице Эрраха, то виду они не подали и невозмутимо снабдили и его тарелкой и набором инкрустированных приборов.
Когда слуги ушли, деликатно закрыв за собой дверь, Элианна выдохнула, побежденно опуская тонкие плечики в обрамлении черных жестких кружев. Торрен, как будто бы вообще на нее не глядя, подцепил с тарелки самую большую булочку и невозмутимо в нее вгрызся, пока девушка собиралась с духом, чтобы что-то рассказать.
Эррах тем временем набрал на поднос всякой всячины, отвернулся ото всех и, сняв маску, принялся есть. Война войной, как известно, а завтрак по расписанию.
– Я не знаю, что именно делает этот Раджехог, и что говорит отцу, потому что при нас он всегда молчит. Но он жуткий сам, и от него воняет склепом, – старательно дыша ровно, словно успокаивая себя, сказала девушка. – И квартал разрушили точно по его навету, мы с дядей оба были против. А уж про мертвых, – она перевела дыхание. – А уж про мертвых мне и сказать страшно. У нас и в замке все двери теперь запирают, и свет не гасят ночью, потому что кругом бродят серые тени. Вроде, и не убивают никого, а страшно. А Видящих отец звать не велит. Говорит, где были эти Видящие, когда Вейлариса убили?.. А кто Вейлариса вернет, тому и власть над Имрейсом.
Мист с Торреном тревожно переглянулись, и даже Эррах чуть обернулся в их сторону, но все-таки решил от еды не отрываться. С их вечным влипанием из истории в историю без перерыва и продыху нельзя было упускать никаких возможностей поесть и поспать.
– То есть, – подытожила Мист, сглотнув. – Есть вероятность, что Виля или уже подняли как ходячую сдыхоть, или собираются.
– Если принять во внимание свидетельства очевидцев, которые встречались якобы с ним в городе, можно заключить, что уже, – подсказал Эррах, прожевав.
– В городе, строго говоря, и лэра Сорса могли видеть, – потерла запястье Мист. – Он бы сошел за Виля впотьмах. Нету у него привычки гулять в лунном свете по городу, а?
– Не знаю, – Элианна растерянно посмотрела на Мист. – Вейлариса видели в городе?
– Его или кого-то на него похожего, – педантично поправила Мист. – Любой ваш родственник мужского пола сошел бы за него, наверное. Вы все как…горошины из стручка. Семейное сходство.
– Это правда, батя их тоже такой, – покивал Торрен. – А вот что-то я сразу про это и не сообразил. Ведь и вправду в городе могли и лэра самого, и Сорса видеть, а вовсе не Виля. А ежели у лэра или Сорса, простите, лэри, байстрюк какой случился – и его легко можно было бы с Вилем спутать.
