– Так пристукни, ток не домертва.
– Угук, – ответил первый голос, и Мист успела выхватить своим подземным зрением лицо бородатого, лохматого мужика, который буквально на мгновение появился в границах видимости, прежде, чем почувствовала удар и все погасло.
Очнувшись снова, уже в призрачном свете утра, она совсем уже не чувствовала своего тела, хоть и, моментально вспомнив обстоятельства прошлого пробуждения, тут же попыталась активировать Огненную длань – не повезло. Словно бы с током крови по рукам затормозился и ток магии – никакого эффекта она не почувствовала. Зато успела рассмотреть окружающих ее людей: бледные, лохматые, они были одеты в невообразимую смесь звериных шкур и одежды явно с чужого плеча.
Один из них толкнул стоящего рядом локтем, показывая на Мист кивком, мол, снова очнулась, но от него отмахнулись, потому что стоящий спиной к Мист в центре полукруга собравшихся пожилой дядька старательно выговаривал что-то, что девушка даже не могла опознать и разобрать из-за шумящей в ушах крови и болезненного страха. Она всего-то и могла, что немного повернуть голову: этого хватало только для того, чтобы понять, что она, связанная с головы до ног, с веревкой на шее, уходящей вверх, стоит на земле, и ее с двух сторон уверенно придерживают двое мужиков, принимая на себя ее вес и не позволяя ей завалиться куда-нибудь. И Торрен, полностью бесчувственный, с запрокинутой головой и кляпом во рту, стоит рядом точно в таком же положении, поддерживаемый несколькими пленителями, и все лицо у него залито кровью. А место было другое – совсем не то, где они останавливались на ночь.
Кажется, они попали, и на этот раз – серьезно. Пока мужик продолжал что-то говорить, что-то смутно понятное про испытания и вознесение и вечную жизнь, Мист лихорадочно пыталась найти хоть какой-то выход, но никакая концентрация не помогала ей преодолеть путы и ограничения, вызвав в руки волшебство, а словам мешал кляп, раздирающий рот. Но она продолжала надеяться и пытаться, и лихорадочно соображать, и ничего не было кончено, ровно до того момента, пока старик не повернулся к ним, и не подал знак, по которому веревки на шеях пленников натянулись вверх.
Мист подумала о своей смерти почти равнодушно: это было просто глупо, ужасно глупо, но помощи было ждать не откуда. Никому они с Торреном не говорили о своем пути и плане, и от дороги они были, наверняка, далеко, и разве что им очень повезет? Но нет, не успеет. Она видела всю просеку, и ни откуда не торопился рыцарь на любого цвета коне, чтобы их спасти. Хотя, что коню делать в лесу? Впрочем, и даже без коней рыцарей не наблюдалось.
Оглядывая замершую в радостном ожидании толпу, Мист и не увидела первых знаков спасения – только внезапно поддерживающие ее мужики с воплями порскнули врассыпную, роняя ее, и веревка на шее тут же затянулась, перехватывая дыхание, потому что стоять сама Мист не могла. Не успела девушка заново испугаться, как пенька оборвалась или лопнула, и все веревки на ее теле разлетелись тоже, нарушая неподвижность и словно стряхивая бессилие. Мист, чувствуя себя свободной, живой, снова способной к движению, вскочила на ноги, зажигая ладонь в Огненной длани, чтобы увидеть, как Торрен с текущим из глаз багровым огнем под градом ударов и выстрелов расшвыривает нападающих, и одно прикосновение, кажется, равняется одной смерти.
Так, стоя на изготовку с горящей заклинанием рукой, Мист впервые подумала, насколько ее привычный друг и приятель умеет угрожающе выглядеть: огромный, мощный, со звериными, резкими движениями… Только вот, кажется, это был не Торрен: выражение лица, жестокое и холодное, и манера двигаться были совсем не его, и истекающая из глаз Багровая энергия не могла ему принадлежать. А уж когда он поднял обе руки на уровень груди, складывая их в незнакомом жесте и произнес чужим мертвым голосом эльфийское “Эйиладд Нова”, вызывая поток до белого цвета раскаленного воздуха вокруг себя, испепеляя нападающих, сомнений не осталось. Торрен не был магом, ему не давались толком даже привычные Мист хитрости жителей Подземелий. Крича от ужаса, лесные жуткие люди разбегались, мечась, пытаясь скрыться, пытаясь избежать неминуемой смерти. Мист попятилась, отступая, наблюдая, как один за одним падают последние из пленителей, пораженные на расстоянии длинным белым потоком огня по зову Эйиладд Кирин.
Это был не Торрен.
Мист в первый момент даже не могла предположить, кто это: демоны не знали заклятий, а описаний другого типа одержимости она не встречала.
Не-Торрен остановился, оглядываясь, медленно поворачивая голову, словно любуясь неброским окружающим пейзажем, пока не натолкнулся взглядом на словно окаменевшую Мист. Очнувшись от этого, от обращенных на нее истекающих силой глаз, она шагнула назад, поднимая перед собой руку.
– Осторожней…будь, – сказал не-Торрен чужим холодным голосом. – Эола Эйиладд.
А потом багровый отсвет исчез, последние капли силы истекли из глаз Торрена. Он моргнул и упал наземь, как подкошенный, лицом вниз.
Эола Эйиладд.
Он сказал – Эола Эйиладд.
