– И как Богиню зовут? – осведомилась Мист, почему-то хорошо себе представляя ответ.
– Меката ЛЛоединн, Милостивая Смерть, – благоговейно ответил мужик.
Мист умно покивала и на Торрена, открывшего было рот для удивления, сурово зыркнула, хотя ей и самой было чему удивиться, вернее, чему порадоваться: известное ей наименование Меката теперь было напрямую связано с именем ЛЛоединн: как девушка и предполагала своим цепким исследовательским умом, это была одна и та же сущность.
– Ты больше не нужен ЛЛоединн, – сказала Мист. – Она тебя отпустила.
– Как отпустила? Совсем?
– Совсем. И мы тебя отпустим, как она велела, если ты все расскажешь, – Мист, мимолетно глянув на напарника, мол, следи, освободила пленнику руки, и он тут же схватился за пустое место, где когда-то была петля, непроизвольно гулко стукнул ладонью по пустой груди и как-то странно выдохнул, как будто всхлипнул.
– Ну, ну, – неловко сказала Мист, сдержанно похлопав его по плечу. – Рассказывай, давай, что там творится у вас.
– Да, что творится? Все как обычно, – рассеянно сказал мужик, и Мист едва не рыкнула от злости и нетерпения.
– Расскажи про обычно. Сколько вас там, чем вы занимаетесь, кто правит. Кроме ЛЛоединн.
– А что, ты, это, ее посланница? – поинтересовался мужик, с новым интересом глядя на свою собеседницу и трогая ожог на своей груди. – Ну, да, точно. Колдунья. Значит, точно от нее.
– Именно, и ЛЛоединн считает, что что-то тут у вас не так. Но боги говорят загадками, поэтому отгадки приходится искать самим.
Мужик разом посветлел лицом.
– О, это и Калеб так говорит, – кивнул он. – Калеб, это жрец Мекаты. Тоже посланник, как и ты. Он тут всем и заправляет.
– А зачем вы людей вешаете? ЛЛоединн не требует человеческих жертв, это уж я точно знаю.
– Но это ж испытание, – выпучил на нее глаза пленник. – Кого Меката спасет, тот ей служить будет, остальных к себе прибирает сразу.
– Ага, – сказала Мист таким тоном, словно ей все было ясно, хотя ничего ясно не было. – А испытания Калеб проводит, да?
– Ну, когда он, а когда поручает старшим из избранных.
Мист задумчиво почесала подбородок. Все это попахивало грандиозной мистификацией, но не факт, что этот Калеб не обладает хоть какими-то магическими способностями и не снабжен целой прорвой рабочих артефактов.
– А сколько вас всего? – спросила она.
– Тридцать семь, – ответил ей пленник. И неуверенно уточнил. – Тридцать шесть? Если я свободен?
Торрен наморщил лоб, подсчитывая, и сказал:
– Двадцать четыре. С учетом ранее освобожденных разными способами.
– То есть, Меката на Калеба гневается?
– Еще как, – подтвердила Мист. – У вас там что, типа деревни?
– Деревни? Да мы замок отстроили, с храмом, все честь по чести, как Калеб хотел.
– А живете чем? Еда, одежда?
– Ну, как, дань, известно, берем. И охотимся. Да и поля-огороды у нас есть, там, у замка, хоть и не огромные.
– Все логично, полусотню или около того тут еще можно прокормить, – прикинула Мист. – А вот для сотни было бы тесно и мало еды.
– Сколько входов в замок?
– Три. Один для Калеба, один для остальных. И тайный выход, только мы о нем не знаем, – обрадовавшаяся было Мист, услышав это, немного приуныла.
– А почему это не знаете?
– Да его строили те, что из самых первых избранных, кого Калеб особенно любил.
– И что с ними теперь стало?
– Меката к себе прибрала, ясное дело.
– Ага, – кивнула Мист. – И, что, даже примерно не знаешь, куда этот выход ведет?
– Да, болтают, будто к водопаду на реке. Но так никто не знает точно. Вернее, все считают, что выход там, потому что там плита, как в башне, но как открыть, никто и не знает.
– Какая такая плита? – оживилась Мист. – С ладонью?
– Точно. С ладонью, – почти с благоговением подтвердил мужик, непроизвольно снова касаясь шеи там, где раньше была веревочная петля.
– Давай-ка, милый, поднимайся. Покажешь нам и как к замку идти, и где там этот камень у реки. А там и вали на все четыре стороны, как пепел свободный.
– А вы, да? Калеба, да?
– Что “да”? – не поняла Мист, оглядываясь, пока Торрен помогал мужику подняться и отряхнуться.
– Накажете? – смутился тот. – Убьете?
– Покараем, – решила Мист, морща нос в попытке вспомнить карту, которую лично перерисовывала, и хотя бы инициалы названия Башни в лесу.
– Тебя как звать-то, освобожденный? – спросил Торрен, краем глаза наблюдая за мужиком, который, поправив свою одежонку, разминал затекшие ноги, готовясь вести “карателей” к загадочной плите.
– Так Курт я, – сказал он.
– Веди, давай, Курт, – проворчала Мист, когда они продолжили свой путь сквозь лес. – Как этот ваш Калеб называет свой замок? – инициалами местной Башни были, то ли, “СА”, то ли “КА”, то ли “СЛ” или “КЛ”, и вспомнить точнее девушка никак не могла, и питала слабую надежду, что, может, местные географические названия натолкнут ее на идею.
– Замок Калеба, как еще? Замок Калеба и Храм Мекаты ЛЛоединн, – с готовностью отозвался Курт.
