– Вероятно, этот “поток”, или как там его, некондиционной энергии проистекает именно из этого красного, – кивнула Мист.
– Из замирового хаоса, – подсказал Эррах, стараясь сделать это как можно более тактично и вообще походя, занимаясь отряхиванием своей одежды от пепла.
– Из заумного хаоса, – передразнил его Торрен, но вздохнул и побрел вперед, сгребая ногами ворохи пепла. Мист, пропустив Раха вперед, шла замыкающей, с тревогой прислушиваясь не только к тяге нити, которую теперь, зная о ней, ощущала очень отчетливо, не то, что раньше, но и ко всему мертвенно-тихому окружающему миру Домена, в котором не было места живым.
– Поразительно, – продолжал бубнить Эррах. – Это место окончательной смерти, после которой душа очищается, становясь чистой энергией, и возвращается в Ничто, чтобы раствориться в нем, или вернуться назад обновленной. Поэтому отсюда нет возврата. А как мы-то вернемся?
– Каком книзу, – серьезно ответил Торрен, не оборачиваясь. – Глядь, придумаем что-нибудь. вернулись же в прошлый раз.
– Мейли вернул, – поправила его Мист. – Ар-Маэрэ Иллемэйр, – добавила она для Эрраха, и тот задумчиво молчал целых несколько секунд.
– Я так и не понимаю, как он мог задержаться здесь так долго, – сказал эльф. – И зачем? Никто из эльфов не боится смерти, не боится бесконечной тишины, потому что за ней спокойствие и новое рождение, или бесконечная безмятежность.
– Вот сам у него и спросишь, – посулил Торрен. Идти ему уже надоело, и он с плохо скрываемым раздражением оценивал оставшийся до руин путь. – Не могла поближе нас выкинуть сюда, Моррайт криворукая?
– Это не я криворукая, а тот, кто эту нить тянул, – возмутилась Мист. – Рах, строго говоря, мы понятия не имеем, почему и зачем Мейли остается здесь. Можем только предположить.
– Например, врожденное паскудство – отличная причина! – вставил Торрен, обернувшись через плечо.
– Он говорит только о том, что хочет сказать сам, и отвечает только на те вопросы, которые считает нужным, – Мист отсутствующе потерла запястье, на котором обугленная рука ар-Маэрэ навечно оставила багровый след. – Если он вдруг решит поговорить с тобой по душам, это было бы только к лучшему, потому что, понимаешь ли, я связана обещанием выяснить, как он умер и что с ним произошло. В обмен на это обещание мне помогли добыть Багровую книгу.
– Это… захватывающе, – сказал Эррах, явно пытаясь уложить в голове новые сведения в добавок к предыдущим. – У вас двоих очень интересная жизнь.
– Привыкай, – фыркнул Торрен. – Захватывающая, моя задница.
– Да, думаю, Айтхара считает твою задницу захватывающей, – хихикнула Мист, очень живо себе представив внушительную орчиху и то, с каким пылом та смотрела на Торрена.
– Эй, ее не тронь! – возмутился Торрен, даже притормаживая.
– Кого, задницу? – невинно уточнила Мист.
– И ее тоже, – гордо ответил парень, снова решительно ускоряя шаг, чтобы у Мист не хватало дыхания на ехидство.
Последний город был пуст. С каким бы замиранием сердца Мист ни входила в него, с каким бы затаенным ужасом ни проходила по центральной улице к площади – но там никого не было, ни Мейли, ни Грэнаша в каком бы то ни было обличьи. Только багровая трещина на небе звала все сильнее, и в этом зове терялось ощущение нити, что вела их раньше
– У меня два вопроса, – наконец, сказала девушка, присаживаясь на обломок какой-то стены и подпирая голову рукой.
– Всего два? Да ты счастливица, – уныловато отозвался Торрен, продолжая оглядываться вокруг, словно подозревая, что паскудник Мейли решил поиграть с ними в прятки. Впрочем, такое тоже запросто могло быть.
– Два самых насущных, – не стала придираться девушка. –Что нужно сделать, чтобы оборвать чертову нить и закрыть проход, это раз.
– И два, где Мейли?
– И два, как нам вернуться назад. Мейли меня сейчас, как раз, не особенно волнует.
– Зато он знает и то, и то.
– Вероятно, – не стала спорить Мист, поглядывая на багровую рану в небесах. – Но наша задача не найти его, а достигнуть цели и вернуться невредимыми. Рах? Какие-нибудь ценные мысли или знания на тему?
– А это почему ты его спрашиваешь, а не меня? – обиделся Торрен, не то всерьез, не то в самом деле.
– А у тебя, что, есть ценные мысли или знания? – выгнула бровь Мист.
– Не очень. Но ты могла бы и спросить.
– Дым и пепел, – вздохнула девушка, устало потирая щеку. – Ладно. Ставим вопрос иначе. Мальчики, у кого есть соображения по поводу любой из наших целей?
– Я могу предположить, – осторожно начал Эррах, с опаской оглядываясь на Торрена, но тот милостиво кивнул, мол, валяй. – Что для обрыва нити достаточно пройти по ней до источника, то есть, сюда, и исчезнуть. Уйти туда, – он махнул в сторону багровой трещины, – либо вернуться. Но как вернуться – я не представляю.
– Он тогда тебе просто приказал, – вспомнил Торрен, отвлекаясь от созерцания руин. – Назвал по своему, и приказал. Глядь, так и надо?
– Хммм, – Мист поджала губу, потом протянула обе руки вперед, чтобы ее спутники за нее взялись, и сказала четко и звонко. – Эола Эйиладд!
И ничего не случилось.
