Глаз света разгорелся, глядя на нас с Уиллом и Хаддари.
— И что теперь? — невнятно спросил канадец, который пришёл в себя и висел, раскинув руки, лысый и обугленный, покрытый язвами скверны. — Благодарный бог поможет своим несчастным спасителям?
— Я, конечно, постараюсь, — ответил благодарный бог. Но по его словам и тону стало ясно, что остался нерешённым и невыясненным ещё один ключевой вопрос.
Белый как полотно Уилл ожесточённо чесал голову и регенерировал на глазах, светлые волосы пробивались сквозь корку пепла. Нагоревшего на нём было много, половина одежды обуглилась и опадала хлопьями.
— Почему я не могу создать воду? — хрипло спросил маг, когда потряс руками, а искры не явились.
— Твои частицы порчены скверной, — ответил Гормингар. — Они уснули, чтобы не дать себя полностью захватить.
Хм. В тоне юного божества не было негативного оттенка, лишь терпение и спокойствие; неужто осквернение части искр входило в его План?
Я молча сотворил водопад — вода полилась на нас сверху, прохладная и освежающая. Боги, какое наслаждение после всего перенесённого просто омыть лицо; убедившись, что поток чистейший, ещё и напился вдоволь. Жить стало гораздо лучше.
— Спасибо, кэп, — невнятно бросил Уилл, вытираясь и избегая смотреть мне в глаза.
Я пристально глянул на ублюдка, который только что пытался меня убить.
— Это была воля искр, и я её выполнял! — ответил он с вызовом. — Мы на задании, и, в отличие от тебя, я действовал по Плану. Забрал силу у бесполезной девчонки, которой она всё равно была не нужна. Искры думали, это наш единственный шанс победить тайро.
Изворачивается как дышит. Ладно, с ним разберёмся, когда представится возможность, пока есть вещи поважнее. Я повернулся к Гормингару.
— Раньше при столкновении с твоими частицами чёрная жижа испепелялась и бежала прочь. А мы тогда находились дальше от Искажения, искры были слабее. Почему теперь аж три штуки не могут справиться с пригоршней скверны, заразившей Уилла?
— Потому что она принадлежит Командору Хаддари, — ответил ИИ так плавно, будто заранее ждал этого вопроса. — Сильнейшему смертному на этой планете.
— То есть каждый носитель… обогащает скверну?
— Своей волей и потенциалом.
Обогащённая скверна, только этого не хватало. Зато стало ясно, почему Командор рискнул и прорвался сюда прежде армии: ведь его скверна могла захватить Гормингара и подчинить власти Чёрного Солнца! Это мгновенная победа в войне длиной в десять лет, конечно такая возможность стоила риска.
— Что с армадой тайро? — поинтересовался Уилл.
И правда, уже с минуту не было слышно отдалённых взрывов, скрежета и визга. Гормингар ответил не нам, а пленнику:
— Твои армии вынуждены отступить и перегруппироваться, Командор. Лобовая атака отражена силами Ядра, твои офицеры перешли к плану-бета и ждут подхода основных сил, которые стекаются со всех сторон к трём направлениям для удара, которые ты заранее определил.
В целом неудивительно, что бог информации в курсе очевидных и логичных планов врага.
— А он разве не умирает? — шёпотом спросил у меня Уилл. — Я думал, в таком виде демон не жилец.
— Нет, его регенеративные резервы исчерпаются, и процесс нарастания прекратится. Пара магических хирургических операций, исправление искажённого органа, и Командор Хаддари будет как новенький.
— Надо успеть сбежать подальше, чтоб он никогда нас больше не нашёл.
«Во вселенной миллионы миров, — подумалось мне. — Да и зачем тайро искать каких-то левых людей, которые мелькнули в его судьбе и исчезли».
— Почему я ещё жив? — раскроив себе горло, прохрипел Командор, пока оно не заросло. Один его глаз бугрился уродливыми наростами родимых пятен, второй сиял неистребимой алой звездой, буравил облако света.
Кстати, облако теперь выглядело куда симметричнее и сложнее, глубже, как многомерная структура из тысячи оттенков света и капельки тени. Гормингар изменился.
— Из сложившегося узла есть три вероятных выхода, — ответил он. — Я приму лобой из них.
— Хочешь сказать, ты при любом раскладе уже победил?
— Нет. Я при любом раскладе уже ничего не смогу изменить. Моё существование может сегодня закончиться.
— А нам что делать?
— Решайте, кто из вас станет моим аватаром.
Все лишились дара речи: мы с Уиллом фигурально, Хаддари буквально — у него заросла пасть.
— Как это мило, — рассмеялся я. — Но почему мы? С Командором, пожалуй, ясно: великий воин, сильнейший смертный, наверняка не только в этом мире, но и среди сотен других.
Вряд ли 350-й уровень есть у заметного процента живых существ, скорее, глава армады входит в 0,000001% боевой элиты вселенной. И уж как крут Бран… раньше я не в полной мере это осознавал. Жаль, что сейчас он в отключке.
— Окей, если ты захватишь тело Командора или войдёшь с ним в симбиоз и справишься с его скверной, такой аватар станет для тебя огромным приобретением, — продолжал я рассуждать. — Ему подчиняется могучая армия, и наверняка он не последний «человек» среди всей расы тайро.
— Корректная гипотеза, — согласился глаз света, в его тоне мелькнуло что-то вроде улыбки.
— Но мы-то с Уиллом вообще при чём?
