— Владыка Ормангор! — гиен уже был на коленях, а теперь и вовсе завалился к мостовой. Ну и хорошо, так торчащий кинжал точно не видно. — Я и мои ищейки обыскали весь Базарат… Спешу сообщить вам: Одарённого здесь нет.
На секунду весь мир застыл в шоке.
— Ты посмел обратиться ко мне, чтобы сообщить о провале? – тихий рокочущий голос владыки вдавил Хорума в мостовую, гиен задохнулся, словно его придавило горой. — Ищейка, ты неспособен выполнить свою функцию?
Даже Луна над Базаратом поблекла, а звёзды попрятались за тучи дыма, заполонившие Бухту Джа. Гневный бог спокойно и безмятежно смотрел на смертного у своих ног.
— Тогда тебе незачем существовать.
Хорум не ожидал такой суровости.
— Нет… — проскулил он, но гаснущий голос был слишком тих.
Гнев Ормангора вырвался огненным столпом, который обрушился на Хорума и стёр его из реальности за один вздох. Пентада распалась, разрыв в пространстве яростно схлопнулся, взрывная волна сбила меня с ног вместе с креслом Щёлкаря, окна во всех зданиях бухты разнесло в пыль, словно взрывом, флюгера и другие торчащие части сорвало, фонари погасли, и наступила ужасающая, ошеломлённая тишина.
Я с трудом поднялся и наконец откашлялся, глаза слезились от едкого дыма. Зато порыв божественного гнева разогнал вонючие вулканические тучи. Я поискал взглядом паука, но его не было, только странный смазанный чёрный след там, где он только что полз. Моё воплощённое проклятие как раз проползало мимо охотника и развоплотилось заодно с ним. На такую щедрость судьбы я и не рассчитывал, тем приятнее было её получить. Вот она, улыбка Фортуны, сработала! Думаю, на этом этаже паук уже не появится.
На месте Хорума осталось чёрное пятно гари в форме многослойной пепельной печати, выжженной в камнях. Весь вид печати и её размашистая форма выражали сокрушительный гнев. В самом центре удара лежал алый клинок демонов, невредимый и одинокий — а больше не осталось ничего. Ни тела, ни души, ни атмана, ни следа. Волей бога, которому служил, Ищейка был стёрт из реальности.
И моя тайна умерла вместе с ним.
Огромное облегчение, будто гора свалилась с души.
С момента получения пророчества я чувствовал, что бегу в лабиринте без выхода, где каждый поворот может оказаться тупиком. Стены сжимались вокруг, мои действия становились всё отчаянней, а шансы всё призрачней; в момент явления Ормангора я уже думал: «Всё, хана» — но таки вырвался из лап судьбы. По крайней мере временно в безопасности. На душе взорвался фейерверк чувств, а система словно специально решила подкрепить праздник:
Получен уровень 13: +5 очков жизни, +1 свободное очко параметров и +1 к наиболее активно использованной классовой характеристике: интеллект. Получено свободное очко способностей.
Заметьте, на предыдущее поднятие уровня потребовалось немало событий и действий, а этот я получил за одну конкретную ситуацию. Башня однозначно учитывала и высоту ставок, и серьёзность преодолённых угроз. Привычно раскидал параметры: −1 Дар, +1 Проницательность, хочу видеть больше инфы о каждом встречном.
Я подобрал алый кинжал: глаз на перекрестии гарды с клинком закрылся, оружие тяжело лежало в руке, недовольное тем, что его лишили финальной жертвы. Впрочем, оно выпило достаточно жизненных сил, чтобы мне не мстить. Я хотел позвать хозяина ломбарда, чтобы вернуть кинжал — как за спиной раздался сильный хлопок, обдало волной сухого горячего воздуха. Телепорт? Неужели меня нашла ещё одна ищейка⁈
— Что здесь произошло? — раздался тихий и спокойный, но непререкаемый голос.
А, конечно. После взрыва, разнёсшего окна на пару кварталов вокруг, должны были явиться стражи порядка. Перед ломбардом и зелёной лавкой стояли двое босых монахов в белых робах с замысловатыми татуировками на лбах. Хм, у них на лицах пропечатан орнамент в виде хохочущей морды Обу-Хурая? А у владыки неплохо с юмором и самокритикой.
— Неоспоримые следы явления Старшего Божества, — изрёк монах повыше, который внимательно осмотрел место происшествия и повёл ладонью в воздухе, будто перелистывая книгу.
Глянул на меня.
— Яр Соколов. Повелитель стихий Ормангор приходил по твоему зову?
— Нет, конечно. Я ничтожный новичок, какое ему до меня дело.
И это было правдой: он приходил к ищейке, не ко мне.
— Мы не виновники, а пострадавшие, — живо откликнулся Щёлкарь, появившись в дверях со своей неизменной трубкой, которую прямо сейчас набивал по новой. — Это мой покупатель, только вышел из лавки, и на тебе, схватка. Какой-то охотник настиг свою жертву, продул бой, а чтобы спастись, вызвал Ормангора. Тот озлился на дерзость и испепелил обоих к потрохам.
