До нас не сразу дошло, что это Лорд Оберин. Когда-то ходячий доспех был живым человеком, и его мысленный тон рисовал немолодого профессора, может, даже ректора какого-нибудь Руниверситета. Неожиданный контраст с внешностью и грохочущими репликами проклятого рыцаря.
— А если допрыгать до центра, то бесформам нас не догнать? — сориентировалась Кари. — Они же дети чёрного солнца, не смогут подобраться к Гормингару?
— Да, но мы не успеем, — возразил я. — К центру планеты прыгать пару часов, а бесформы догонят минут через двадцать.
— Почему мы до сих пор не приземлились⁈ — Орчана была напряжена даже сильнее, чем в бою с самураем, когда чуть не умерла. — Летим слишком долго, разобьёмся!
И она была права. Громадный осколок, на который мы падали, покрыли застывшие волны лавы; он становился всё ближе — но наше падение стало странным: оно каждую секунду замедлялось и ускорялось. В голове резко начало мутить. Мы пересекали Черту.
«СБОЙ! Система Башни Богов коллапсирует. Мировая магия и большинство других контуров работают с ошибками. Удачи!» — сказал интерфейс и замолчал.
Заклинание связи мгновенно выветрилось, интерфейс пару секунд мигал красным, большинство функций недоступны, затем полностью исчез. Мы летели вниз уже больше двух километров, удар будет если не смертельный, то страшный. Кари в полёте схватила Орчану и мощным рывком ушла вниз, чтобы совершить контролируемое приземление… хоть эти двое точно выживут.
— Орхан-бадур! — крикнул Оберин, но переводить было некому.
Я лихорадочно соображал, что делать, когда все способности и вещи перестали действовать… нет, не все. Чистота никуда не делась, я чувствовал её внутри, и награбленные энзы остались в руках. Шестнадцать энзов стихии порядка — магия лишь один из способов ими управлять. Это единственный шанс! Разломы выросли под ногами, я вложил все энзы в себя, в слепой надежде, что ордис упорядочит моё положение в пространстве. Ведь главная функция этой стихии: поддерживать существующий порядок вещей! Искажение законов чуждо ордису, и так вышло, что точкой сохранения баланса для слепой стихии стал я.
БУМ! Моё тело врезалось в скалы, на Земле руки и ноги бы раскидало на сотни метров, и даже здесь удар был серьёзный. Но ордис в данную секунду хотел сохранить меня в целости и сохранности, поэтому весь кинетический импульс ушёл в щит, и даже не разрядил его полностью, 4 энза мощности ещё осталось! Я осознал себя живым и невредимым в центре здоровенной воронки разбитых лавовых пород.
А что с остальными, Уилл же сейчас разобьётся. Кари взвилась в воздух ему навстречу, пытаясь спасти. Я вскинул руки, в левой ладони 3 энза ментала, толку от них сейчас… Стоп, что это? Мы изумлённо уставились на Уилла: он парил в воздухе, двойная искра Гормингара мерцала между ладоней и держала на лету! Светлые волосы раскинулись в воздухе, глаза полузакрыты, умиротворение на бледном лице со впавшими щеками — он напоминал картинного пророка. Градус безумия нарастал.
БУМ. Я думал, моё падение было громким и сильным, но Лорд Оберин пролетел, как сияющий солнечный метеор, обрушился на остров с чудовищным грохотом, пропахал в лавовых волнах борозду, отскочил от поверхности и рухнул снова. Наконец замер в груде обломков, погнутый и слегка искорёженный от ударов. Металлическое тело не чувствовало боли — но бедный крыс! Изнутри доспеха пробивалось сияние… стойте, магия же не работает?
В наступившей тишине все услышали бормотание Шисса: он повторял одну и ту же мантру… или молитву. Точно, у него же висел на шее странный ромбический символ. Наш ядомант воззвал о помощи, какое-то божество откликнулось и спасло его? Интересно, какое. Гнутые створки доспеха со скрежетом распахнулись и взъерошенный крысолюд выбрался на свободу. Он был невредим.
Уилл опустился на землю, искры скользнули ему под рёбра и спрятались-погасли. Получается, он использовал силу Гормингара, чтобы управлять искажением и обрести левитацию. Но как?
— Что ты сделал? — спросил я, секунду подумал и переспросил по-английски. — What did you do?
— I just wanted not to crash, mate, — хмыкнул тот. — Luckily me and these divine sparks understood each other.
Нашёл общий язык с искорками, говоришь. Что же это получается, два осколка Гормингара уже позволяют изгибать реальность под себя? Или здесь, за Чертой, реальность стала такая изгибчивая?
— А ты-то сам как спасся? — с интересом спросил Уилл.
— Силой стихии порядка.
Хотя на самом деле милостью чистоты. Уже не в первый раз выходило, что чистота — одна из особенных мировых сил.
— Бурх! — Орчана перемахнула через лавовый гребень и приземлилась прямо в меня. Я чуть не улетел от удара, вовремя схватился за камень, а эта оторва лишь хмыкнула и ткнула кулаком в бок.
