— Ты довольно быстро забыл Эленмер, а?
— Я любил ее. Но Тэвия… о ней я грезил.
— И где же ты видел ее?
— На одном из собраний всяких богатеньких в столице. Тогда я еще прикончил одного детоторговца, прикрываясь разносчиком напитков.
— Ясно. Доставай еще! Делай свою работу!
На этот раз он достал красное, и я понял, что утром меня свежим поцелуем Вивай будет не разбудить.
— Так что там с сексом, Крау?
Я немного потерял себя в пространстве. Как же быстро я начал пьянеть без постоянной практики…
— Она всем видом показывала, как я ей не нравлюсь. Она считала меня полным выродком, которому перешло наследство моего неумеющего воспитывать отца.
— А ведь в этом даже что-то есть…
— Не для меня, Альтер. Мне хочется видеть в девушке желание.
— Пусть и притворное, фанат ты шлюх?
— Пусть и притворное!
Махом треть бутылки. Я и он. Какие же мы глупые…
— А дальше все закрутилось и-и-и завертелось. Я видел ее только по праздникам. И это было счастьем. Она взяла на себя управление домом, а я взял на себя задачу как можно реже там появляться. По-мужски, а?
— Да-а-а!
— А дальше войнушка с Шорданом, несколько стихов, немного прозы. Тут любовь, там любовь, похороны брата и, наконец, БАШНЯ!
— Хороший путь. Я одобряю, Крау.
— ДА брехня. Полная. Моя жизнь — полная хуйня.
— Как и у всех нас.
Мы засели в обнимку, уставившись на костер, тлеющий в ночи. Альтер защекотал меня, и я чуть не опрокинулся назад, но он же меня и поддержал. Он рассказал невнятно о своих любовных похождениях прямо перед самым приходом в Кафиниум. Рассказал, как любит и ненавидит Элен. Рассказал о том, что трахать ампутированную — это нечто. И все же он больше ее любил, чем ненавидел. По крайней мере, мне так показалось. А я рассказал ему, что влюбился в чертовку Вивай по самые уши и, если бы только была возможность, показал бы ей весь свет, любил бы ее там, где можно и нельзя, а напоследок бы даже сочинил ей пару стихов. Он слушал меня, как я его. Эдакие непохожие друг на друга родственные души на краю вселенной. Где мы, кто мы на самом деле? Все не имеет значение, пока у нас есть вино и есть, что рассказать. Иногда мне кажется, что в этом то и есть тот потаенный глубокий смысл жизни, который так долго желал отыскать мой брат.
Альтер отошел отлить и добавить дровишек в костер, чтобы непьющие сегодня не замерзли. И все-таки, какой же ты актер, Альтер! Я ведь помню, что не берет тебя алкоголь… Но я знаю, что он бы мне ответил! Сказал бы, что пьянеет ровно так, как пьянеет его собеседник. Сказал бы, что это его врожденная способность. Ха! И все таки холодно. И он что-то долго…
Я прикрыл глаза и сполз с бревна приложившись спиной к холодному дереву. Дождик моросит… Вот бы он не оставил здесь камня на камне. Но тогда это должен быть не дождик, а настоящий шторм.
Эленмер Уидвордская ходила взад и вперед по расчерченному мелом полю. Руки ее прилежно были убраны за спину, а грудь выпирала вперед, подчеркивая важность и обстоятельность. Губы ее горели огнем, словно поцелованные листьями крапивы.
— У вас еще несколько минут на подготовку. — она остановилась напротив нас, — Очистите мысли, сосредоточьтесь на магическом образе и творите!
К ее телу плотно прилегала мантия, свойственная профессорам колледжа. На густых рыжих волосах сияла лазурная диадема.
Я осмотрел себя. На мне была похожая мантия, но ученическая, как у остальных вокруг.
— Сосредоточься, Крау. Тебя уже давно хотят выгнать отсюда, не забывай. — сказал кто-то слева.
— Угу, — буркнул я в ответ растерянно.
Вслед за остальными я снял кожаные перчатки с рук и бросил их под ноги, правда не с той грацией и прилежностью, что остальные.
— Готовность — одна минута! — прокричала Элен.
Готовность… к чему? — пронеслось у меня в голове.
В небе ни облачка. Солнце жарило кожу до пота, а каменные стены крепости навевали воспоминания о недавней осаде. Хорошо все-таки, что мы выстояли! А ведь все благодаря магам! Король не зря дал им место у кормушки, они полностью окупают себя!
— Залп!
Огненные сгустки стройным рядом полетели в то место, где до этого стоял наш учитель. Какие-то были больше, а какие-то летели дальше. Пламя теснило траву, вспыхнувшую от первой же попавшей искры. Под оглушительные радостные вскрики я следил за движениями Элен. Ее руки плавно выделывали в воздухе пируэты. Сколько точности в ее движениях, сколько жизни!
Огонь стал сбиваться в стаю в центре поля. Крайние его язычки уже пустились в вихревой пляс. За считанные секунды пламя вздыбилось над нашими головами и превратилось в потусторонний красный смерч. Зрелище настолько же дикое, насколько завораживающее.
— «Буйство стихий». Том первый, глава третья. «Маг неспособен стать стихией, покуда не будет знать, как ее укротить». — Элен процитировала будто бы знакомую мне книгу и остановила смерч хлопком.
Ученики восхищенно захлопали, словно вторя ей.
— Ты великолепна, Элен… — сорвалось с моих уст, но слова пропали в голосах толпы.
— Все свободны. Кроме Крау Ардена. Похоже предыдущий разговор не пошел ему на пользу.
