Башня мертвых полностью

Румьер вошел без стука. Залы Подиума были активно погружены в работу. Тут и там суетились люди.

— Ну что, готов списочек?

— Еще нет. — Фидель уткнулась головой в стол.

— Дорогая, нам бы уже заканчивать. Отправка послезавтра. Осталось-то несколько месяцев.

— Я знаю, — пробубнила она, — Мне надоело. Слишком много нервов в последнее время.

— Все это потому, что мы близки к финалу! — торжественно объявил Румьер. — Хочешь я помогу?

— Да.

— Так, посмотрим… кузнец, зодчий… значит у нас будет день ремесленников? Ха! Так… какой-то вояка и… Доу Робертс? Серьезно? Еще и доброволец? Неужели захотел последовать примеру своего визави?

Румьер нежно поднял голову Фидель и повернул ее к себе.

— Дорогая, тут же только подписать осталось. Ну же! Открой глаза!

И она открыла. И едва-едва они сдерживали слезы.

— Так, не порядок. Давай-ка ты сходишь навестишь нашего приятеля, а? Он тебе быстро мозги вправит.

— Не хочу.

— Я все равно запишу тебя. — Румьер сел с ней рядом и взял соседнюю бумагу, — Так а в следующем месяце у нас уже есть тройка добровольцев. Это замечательно! Нужно еще хотя бы двоих, да?.. Есть у меня идейка.

Он весело взял перо и начеркал что-то.

— Вот, видишь? Теперь у нас все, как по маслу!

Фидель опустила взгляд на листок и вздрогнула.

Неаккуратным почерком Румьера на листке были написаны два имени:

Тэвия и Рэдонель.

Рьяма сидела на корточках и нервно поглаживала колени. На ее шеи виднелись чудовищные на вид кровоподтеки, которые переходили в укус на правой щеке. Тушь размылась, затемнив опухшие от слез глаза. На белых простынях с синим узором появился новый цвет — красные следы уже подсыхали.

Мартин, прикусив губу, пыталась затереть их, но не добившись результата, в конце концов швырнула тряпку на пол. Она выругалась громко и с явным ритонским акцентом.

— Конец. Нам конец, дорогая.

Рьяма быстро перевела взгляд на сестру:

— Да. — ответила она и вновь ее зрачки застыли на трупе в центре комнаты.

Мужчина средних лет лежал лицом в пол. Из затылка торчал кухонный нож, которым недавно Рьяма нарезала для них двоих закуску.

— Какого черта?! Что это было с его глазами?!

— Черные. — Рьяма опустила голову в колени, — И… пустые.

Мартин подсела к сестре и обняла ее:

— Все будет хорошо, сестренка. Все будет хорошо. Мы уедем. Сегодня же.

Рьяма истерично хохотнула:

— Если только ты все это время скрывала от меня свои отношения с каким-нибудь лордом.

Мартин улыбнулась и погладила ее по голове. Нет, дорогая, но ради тебя я готова работать даже на ублюдка Верона.

За окнами послышался чудовищный грохот, а затем едва отличимые человеческие крики. Мартин резко вскочила и выглянула на улицу. Словно подверженная бешенству, толпа людей избивала и резала друг друга без разбору. К ним присоединялись все новые люди. Вскоре вся улица превратилась в крошечный уголок ада на поверхности.

— Полночь. Время, когда кошмары становятся явью. — сказала Рьяма и попыталась подняться на ноги, — Что там, Марти?

— Кошмар, ставший явью.

Сестры смотрели на развернувшуюся бойню около минуты.

— Знаешь, а это может сыграть нам на руку. — сказала Мартин с улыбкой, — Убийство могли совершить и не мы, знаешь ли.

— Да. — Рьяма поправила бордовое платье, — Нужно уходить. Куда-нибудь.

В дверь постучали.

— Господи, нет…

Постучали настойчивее.

Мартин вытащила нож из головы мертвеца и медленно заскользила по окровавленному коврику.

— Не открывай… — Рьяма держалась за спиной сестры и говорила шепотом.

— Дамы. Мартин и Рьяма, если я не ошибаюсь. Я от Крау. Мы пересекались один раз в этой таверне. Вы должны меня помнить.

Зрачки Мартин расширились, они заблестели, словно космический бог рассыпал в них немного звезд.

— Марти, постой!

Она быстро вставила ключи и дважды провернула влево.

Первым в комнату вбежал Эрдо и спешно закрыл и зашторил окно. Рэдонель тихо закрыл за собой дверь. Сестры прижались к трельяжу. Кончик ножа бегал от одного гостя к другому.

Кучер опустил лезвие ножа острием своего меча:

— Успокойтесь.

Рэдонель сел на корточки рядом с трупом. Он обмотал руку платком и поднял голову за черные волосы. В лице покойника он сразу узнал недавнего гостя Тэвии. Доу Робертс скорчил такое отвратительное выражение перед смертью, что теперь ему дорога только в чистилище.

— Глаза такие же.

— Что-то не нравится мне все это, — сказал Эрдо и сплюнул. — А еще мне это кое-что напоминает.

— И что же?

— Поход короля Гельдера. С нашими войсками происходило тоже самое, когда мы гостили у этой твари Аранты. Странное поведение у тех, кто помоложе, предательства, дезертирство, исчезновения, а в конце концов — черные глаза и бешенство.

— Мне нужно предупредить Тэвию.

— Как только выберемся отсюда.

— Что происходит? — спросила Рьяма дрожащим голосом.

— Господь нас помилуй, но похоже, что конец света. — сказал Эрдо с усмешкой и снова сплюнул.