Все за этим окном из льда и пыли по-прежнему. Хоть
смотри в него, хоть не смотри – всегда знаешь, что
происходит. И с той, шумной, беспорядочной окольной
стороны, и с этой – мертвенно гробовой внутренней. Одно и
то же. Изо дня в день. Из года в год. Люди, вместо того, чтобы думать и поступать правильно, разумно, осторожно, хаотично мечутся и тратят свои и без того короткие жизни
на совершенно пустое. А потом, когда все растрачено и
чувствуется приближение конца, они сидят обессиленные и
жалкие у разбитого корыта и плачут о безвозвратно
утраченных возможностях. Короток и мимолетен день
безумного веселья, когда камни красиво разлетаются в
сторону – долог и мучителен век опустошенного тщения,
когда камни эти надо собирать.
Какое же это чудо – гербовый бланк! С реквизитами,
печатью и размашистой подписью! Кажется, каким
ужасным текстом его не измарай, он все равно сохранит
свое достоинство и убедительность! Эти ужасные
предложения будут внимательно прочитаны. Благоговейно
поняты и тщательно исполнены. Вот она, сила
государственной символики! Вот она сила знака,
отражающего волю властителя! Трепещите перед
глупостью! Но на меня, почему-то, это уже не действует.
Давно уж съеден мой кредит доверия. Я умнее, чем могу
показаться со стороны. Кто осмелится узреть в моем смехе
сарказм? Вот он, очередной гениальный шедевр!
«Провести конкурсный отбор среди желающих
выполнить роль обнаженных девственниц. Для участия в
конкурсе необходима справка о медосмотре, в которой будет
указано, что девушка действительно девственница и может
находиться на морозе у костров и обогревателей не менее
семи часов без риска для здоровья. К конкурсу могут быть
допущены бездетные девушки не моложе двадцати трех лет, имеющие высшее образование, подходящую комплекцию и
внешность, прописанные в Таунске. При конкурсном отборе
необходимо учитывать средний балл аттестата и диплома.
Комиссия должна составить задания для проверки
артистичности, стрессоустойчивости и лояльности
доминирующим в стране идеологии и властям. Хорошо,
если избранницы будут авторами стихов приемлемого
содержания. В состав комиссии включить врача, психолога, преподавателя отечественной литературы, историка и
политолога. При необходимости направить предложение о
включении в комиссию других специалистов»
Как ни странно эта бумажка запустила удивительно
мощные механизмы. Оказалось, что в нашем, средней
населенности, городке огромное множество девиц,
соответствующих строгим требованиям. Настолько много,
что это просто вываливается за все статистические нормы.
Да и разве можно тут удивляться! Если в городе физические
процессы, отраженные в поведении труб, проводов,
трансформаторов, котлов, асфальта и стен категорически не
соответствуют статистике, то почему бы в нашем
развращенном городе не быть такому огромному числу
девственниц с высшим образованием, желающих спасти его
от нашествия магов-анонимусов!? Ничего удивительного в
этом нет!
Тысячи заявок обрушились в адрес несчастной
комиссии. Словно быть прикованной зимой к столбу на
всеобщем обозрении – это высшее блаженство и священный
долг! Словно это обеспечит достойное место в обществе и в
раю. Чтобы ограничить количество жертвенных кандидаток, в список требований ввели максимально возможную,
согласно действующего законодательства оплату услуг
комиссии. Но этот бюрократический шаг не возымел
должного эффекта. Что значат жалкие гроши в сравнении с
вознаграждением, которого хватит на всю жизнь?!
В конце концов, члены комиссии, выставлявшие баллы в
соответствующих графах, начали брать взятки. Получился
целый аукцион! И, конечно же, в результате оного, в финал
попали самые достойные! По-другому, разумеется, и быть
не могло! Семерых героинь избрал жребий. Когда толпа
ласкала их, явленных на экранах и в газетах, своей любовью
и восхищением, казалось, что не было в нашем несчастном
городе никаких несчастий. Казалось, что вот он смысл и
апогей существования. Вот она готовность, сделать шаг,
который завершит все страдания. И наступит тогда
благоденствие и всеобщее счастье. Вот что казалось тем, кто
смотрел на эти прекрасные, утонченные лица и фигуры на
одном общем сюжетном фото. Эти семь звезд светили
настолько ярко, что пробивали своим светом даже стальной
войлок туч, сгустившихся над городом.
***
Я смотрю на происходящее сквозь испещренное
причудливыми морозными узорами окно. Чудесная
церемония, которую наш многострадальный город никогда
не видал, и, дай Бог, больше никогда не узрит в потемках
будущего, разворачивается во всей своей бессмысленности
и наготе. Вот уже под звук замерзшего оркестра выведены к
столбу одна за другой добровольные мученицы. Как же
изящно и с вызовом идут они перед десятками тысяч глаз, среди которых наверняка есть и подлые глаза, так
называемых, магов-анонимусов. Как же радуется толпа, уже
забывшая о причинах и последствиях происходящего.
Жадно впитывает каждый момент остросюжетного шоу,
которое происходит в самом центре города прямо перед
башней.
Близится полдень. Сейчас пред всеми должен предстать
руководитель города. Смелый и отважный. Давший
горожанам обет терпеливо выдержать все страдания,
