Женщина-ведьма удивленно подняла взгляд. До этого она смотрела в оранжевое пламя пылавшего костра.
— Я не военный стратег, Джошуа, — ответила она.
— Мне это известно, но вы превосходно разбираетесь в людях. Насколько серьезно мы можем отнестись к словам лорд-мэра? У нас не так уж много воинов, и мы не можем напрасно рисковать, — сказал принц.
Джелой немного подумала.
— Я разговаривала с ним совсем недолго, но в его глазах я увидела тьму. И мне это не понравилось. Я предлагаю отнестись к нему с огромной осторожностью.
— Тьму? — Джошуа пристально на нее посмотрел. — Быть может, это след его страданий, или вы хотите сказать, что он несет в себе предательство?
Лесная женщина покачала головой.
— Я бы не стала заходить так далеко и говорить о предательстве. Конечно, это может быть боль. Или его сбило с толку жестокое обращение Фенгболда, а я увидела, как его сознание что-то от себя скрывает и прячется за иллюзией знания того, что делают и думают сильные мира сего. Так или иначе, соблюдай с ним осторожность, Джошуа.
Деорнот расправил плечи.
— Джелой мудрая женщина, сир, — быстро сказал он, — но нам не следует слишком осторожничать и лишиться шанса, который может нас спасти.
Деорнот еще продолжал говорить, когда ему пришла в голову новая мысль: а если его испугала вероятность того, что слова Джелой заставят Джошуа излишне медлить, и он просто не видит в них правды? И все же было важно, чтобы в последующие дни Джошуа не покинула решимость. Если принц будет дерзким и уверенным, незначительные ошибки не станут иметь значения — по собственному опыту Деорнот знал, что таковы законы войны. Если Джошуа начнет колебаться, по любой причине, армия Нового Гадринсетта может лишиться боевого духа, который у нее пока еще есть.
— Я хочу сказать, что нам следует самым внимательным образом отнестись к словам Хелфгрима, — сказал он.
Хотвиг поддержал Деорнота, Фреосел был с самого начала за. Остальные вели себя сдержанно, однако Деорнот обратил внимание, что тролль Бинабик принялся со смущенным видом тыкать в костер длинной палкой.
— Сегодня вечером я поговорю с лорд-мэром, — наконец сказал Джошуа. — Если ему станет лучше. Ты прав, Деорнот, мы не можем позволить гордости заставить нас отказаться от помощи. Мы в ней нуждаемся, и Господь поможет своим детям, если они будут в Него верить. Но я не забуду ваших слов, Джелой. Я не намерен легкомысленно относиться к ценным дарам.
— Прошу прощения, принц Джошуа, — сказал Фреосел. — Если вы закончили, я бы хотел поговорить о других вещах.
— Конечно.
— Кроме подготовки к сражению у нас накопились вопросы, которые нужно решить, — сказал фальширец. — Вам известно, что нам отчаянно не хватает еды. Мы выловили почти всю рыбу из реки — но сейчас вода покрылась льдом и рыбную ловлю пришлось прекратить. Каждый день охотники уходят все дальше, но приносят все меньше дичи. Женщина… — он кивнул в сторону Джелой, — научила нас отыскивать съедобные растения и фрукты, которых мы не знали, но это лишь немного нам помогло. У нас практически не осталось запасов. — Он смолк и сглотнул, Фреоселу нелегко давалась столь откровенная речь, но он был полон решимости рассказать всю правду. — Даже если мы одержим победу и сумеем разорвать осаду… — Деорнот почувствовал, как едва заметная дрожь прошла по кругу собравшихся, — мы не сможем тут остаться. Нам не хватит еды, чтобы провести здесь всю зиму, если коротко.
Его откровенность привела к молчанию совета.
— То, что ты сказал, не такой уж сюрприз, — наконец заговорил принц Джошуа. — Поверь мне, я знаю, что наши люди страдают от голода. Я надеюсь, что жителям Нового Гадринсетта известно, что мы питаемся ничуть не лучше, чем они.
Фреосел кивнул.
— Они знают, ваше высочество, а потому ворчат, но терпят невзгоды. Но если начнется голод, их не будет волновать, что вы голодаете вместе с ними. Они просто уйдут. Некоторые уже так и поступили.
— Господи! — воскликнул Стрэнгъярд. — Но куда они могут пойти? Несчастные души!
— Не имеет значения. — Фреосел покачал головой. — Они будут следовать за армией Фенгболда и питаться объедками или вернутся в Эркинланд. Но пока ушли лишь немногие.
— В случае победы, — сказал Джошуа, — мы двинемся дальше. Таким был мой план, и теперь я вижу, что не ошибся. Если ветер будет дуть в нужном нам направлении, мы поступим глупо, не воспользовавшись тем, что он толкает нас в спины. — Джошуа покачал головой. — Количество проблем растет точно снежный ком. Страх и боль, смерть и голод — мой брат должен ответить за все!
— Дело не только в нем, принц Джошуа, — сказал Саймон, чье лицо исказилось от гнева. — Не король создал эту бурю.
