Башня Зеленого Ангела. Том 1 полностью

Успокойся, — сердито сказала она себе, — ты настолько красива, насколько необходимо. Чего еще ты хочешь — чего еще тебе требуется?

Но ей было трудно находиться в комнате рядом с дерзкой красотой Воршевы и кошачьей грацией ситхи и не чувствовать себя дурнушкой.

Зато я нравлюсь Саймону. — Она с трудом скрыла улыбку. — Вне всякого сомнения, я же вижу. — Настроение мгновенно улучшилось. — Но какое это имеет значение? Он не может сделать то, что должна я. К тому же он ничего обо мне не знает.

Однако было странно думать, что Саймон, поклявшийся быть ее рыцарем — она пережила тогда удивительное и одновременно болезненное чувство, но такое приятное, — все тот же неуклюжий мальчишка, что сопровождал ее в Наглимунд. Впрочем, он не так уж сильно изменился… только повзрослел и стал выше, и у него появилась бородка, а еще что-то во взгляде и то, как он держался. Мириамель знала, что он будет красивым мужчиной, чего никак не могла предположить, когда они находились в лесном доме Джелой. Нос на удлиненном лице с правильными чертами уже не казался таким крупным.

Что однажды сказала ее няня о другом ребенке в Хейхолте? «Он должен врасти в свое лицо». Как раз про Саймона, он именно так и сделал.

Впрочем, ничего удивительного, — подумала Мириамель. — Саймон столько всего видел и сделал после того, как покинул Хейхолт, — он почти герой! Даже сразился с драконом! Какие более отважные поступки совершили сэр Камарис и Таллистро? И хотя сам Саймон всячески умалял свою встречу с ледяным червем — в то время как Мириамель прекрасно видела, что ему ужасно хотелось немного похвастаться, — он встал рядом с ней, когда на нее напал гигант. Тогда она своими глазами увидела его смелость. Никто из них не стал убегать, так что она также была смелой. Саймон действительно хороший друг… а теперь еще и ее защитник.

Мириамель ощутила тепло и странный трепет, словно у нее внутри пролетел кто-то быстрокрылый. Она попыталась отбросить прочь чувства, сказав себе, что сейчас для них неподходящий момент. Совершенно определенно… а скоро у них вообще не останется времени…

Тихий музыкальный голос Адиту заставил ее вернуться в шатер и к людям, которые ее окружали.

— Если вы сделали все, что хотели для Воршевы, — сказала ситхи Джелой, — я бы хотела составить вам компанию. Мне нужно с вами поговорить.

Гутрун недовольно фыркнула, Мириамель решила, что таким образом герцогиня выказала свое отношение к людям, которые уходят, чтобы посекретничать. Джелой ее не услышала или решила не обращать внимания на реакцию герцогини.

— Я думаю, — ответила Джелой, — сейчас Воршеве необходим сон или просто тишина. — Она повернулась к Гутрун. — Я навещу ее позднее.

— Как пожелаете, — ответила герцогиня.

Женщина-ведьма кивнула Воршеве, потом Мириамель и вышла вслед за Адиту из шатра. Женщина-тритинг, опустившаяся на подушки, помахала им рукой. Ее глаза уже почти закрылись, она засыпала.

В шатре наступила тишина, лишь Гутрун что-то напевала себе под нос, продолжая шить. Изредка она подносила ткань поближе к огню, чтобы проверить стежки. Наконец Мириамель встала.

— Воршева устала. Я ухожу. — Она наклонилась и взяла ее за руку, та открыла глаза, но ей потребовалось несколько мгновений, чтобы узнать Мириамель. — Спокойной ночи. Я уверена, у вас будет чудесный ребенок, которым вы будете гордиться вместе с дядей Джошуа.

— Благодарю. — Воршева улыбнулась и снова закрыла глаза с длинными ресницами.

— Спокойной ночи, тетушка Гутрун, — сказала Мириамель. — Я рада, что вы оказались здесь, когда я вернулась с юга. Я скучала без вас. — Она поцеловала теплую щеку герцогини, осторожно высвободилась из материнских объятий Гутрун и выскользнула из шатра.

— Я не слышала, чтобы она так меня называла, уже несколько лет! — услышала Мириамель удивленный голос Гутрун. Воршева что-то сонно пробормотала в ответ. — Бедная малышка, она выглядит такой тихой и печальной в последнее время, — продолжала Гутрун. — Но, с другой стороны, почему бы ей…

Мириамель зашагала по влажной траве, последних слов герцогини она уже не слышала.