Его история? Саймон снова задумался о том, что видел, но смысл от него ускользал. Если бы он только мог вспомнить, какими вещи были прежде, имена и истории, которые знал до того, как его окружила серая мгла!..
–
Перед ним медленно возникли черты зеленого лица ангела. Саймону отчаянно хотелось не обращать на нее внимания, и, хотя лицо было маской из безжизненной бронзы, в ее голосе звучали искренние интонации, которые не позволяли ему уйти.
–
Спас ее? Спас ангела, которая стоит на вершине башни? Саймон почувствовал, как его снова начали одолевать усталость и недоумение. Он не мог позволить себе удивляться.
–
На этот раз перенос из серой пустоты в живое видение получился более трудным, словно туда было сложнее добраться, или силы ангела убывали. Сначала Саймон увидел огромную круглую тень и довольно долго больше ничего. Постепенно тень стала неровной с одной стороны, потом в ней появились точки света, постепенно превратившиеся в фигуру.
Даже в неясном, странном мире видения Саймон ощутил укол страха. Кто-то сидел на границе теневого круга, его голову украшали оленьи рога, а в руках он сжимал рукоять длинного двуручного меча серого цвета.
–
Саймон ничего не хотел видеть. Это чудовище, демон абсолютного зла уничтожил всю его жизнь. Почему он должен смотреть?
Видение стало более устойчивым. Саймону потребовалось некоторое время, чтобы понять: темнота вокруг врага являлась Прудом Трех глубин, который мерцал под плащом теней, каменная резьба оставалась цельной, сам пруд, залитый светом, искрился, словно вода в нем обладала собственной жизнью. Омытое жидким перемещавшимся сиянием существо сидело на пьедестале, на каменном мысу, и Пруд окружал его со всех сторон.
Саймон осмелился посмотреть более внимательно. Эта версия врага казалась живым существом, с кожей, костями, плотью и кровью. Руки с длинными пальцами лежали на рукояти серого меча. Его лицо оставалось в тени, но склоненная шея и плечи говорили о тяжком бремени.