– Побереги его до того момента, когда в нем возникнет настоящая нужда. – В голос тролля вернулась обычная сухость. – Мне говорили, что камни имеют обыкновение затуплять оружие. А нам может понадобиться острый клинок. Особенно если кто-то заметит, что мы раскапываем могилу отца Верховного короля.
Саймон на мгновение закрыл глаза и вознес короткую молитву Эйдону, попросив у него прощения – и у Престера Джона за компанию – за то, что они собирались сделать.
Солнце зашло, и серое небо на западном горизонте начало обретать розовый оттенок, цвет, который обычно нравился Саймону, но сейчас казалось, будто что-то начало гнить. Они вытащили последний камень сбоку от заросшей по краям травой могилы Престера Джона, и открывшаяся черная пустота была подобна ране на теле мира.
Бинабик возился с кремнем, а когда высек искру, поднес ее к концу факела и прикрыл его от сильного ветра, пока тот не разгорелся как следует. Саймону ужасно не хотелось заглядывать в ждавшую его темноту, и он посмотрел на темную зелень на вершине горы. Вдалеке он разглядел маленькую фигурку Мириамель, которая наклонялась и выпрямлялась, собирая хворост для костра. Саймон жалел, что уже не может остановиться и повернуть назад, жалел, что задумал такую невероятную глупость.
Бинабик помахал факелом в дыре, вытащил его и снова засунул внутрь. Потом встал на колени и осторожно принюхался.
– Как мне кажется, по крайней мере, воздух там вполне нормальный. – Затем он сбросил несколько комьев земли с края ямы и снова засунул голову внутрь. – Я вижу деревянные бока чего-то. Это лодка?
– «Морская Стрела». – Саймон почувствовал, как важность того, что они делали, придавила его плечи, точно огромный груз. – Да, лодка Престера Джона. Его в ней похоронили.
Бинабик еще немного продвинулся вперед.
– Тут для меня полно места, чтобы встать, – сказал он, и его голос прозвучал приглушенно. – А доски над головой кажутся надежными.
– Бинабик, вылезай, – позвал его Саймон.
Тролль начал пятиться, пока не смог повернуть голову, и посмотрел на Саймона.
– А что не так, Саймон?
– Это моя идея, и туда должен залезть я.
Бинабик приподнял бровь:
– Никто не собирается отнимать у тебя славу того, кто нашел меч. Просто я меньше тебя и отлично чувствую себя в пещерах.
– Дело совсем не в славе… просто вдруг случится что-то плохое. Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за моей глупой затеи.
– Твоя затея? Ты ни в чем не виноват. Просто я хочу как лучше. Кроме того, я думаю, внутри нет ничего такого, что могло бы причинить кому-то вред. – Он помолчал немного. – Но если ты хочешь… – Он отошел в сторону.
Саймон опустился на четвереньки, забрал у тролля факел, засунул его перед собой в яму и в мерцавшем свете увидел покрытый землей бок «Морской Стрелы»; лодка напоминала громадный сухой лист или кокон… словно тот, кто находился внутри, дожидался момента, когда он сможет возродиться.
Саймон сел и тряхнул головой, сердце, точно безумное, колотилось у него в груди.
Да. А что, если его призрак сердится на то, что стало с его королевством? И, конечно, никакому призраку не понравится, что кто-то собирается ограбить его могилу.
Саймон сделал глубокий вдох и начал медленно опускаться в дыру в боку могилы.
Он скользил вниз по осыпавшейся стене ямы, пока не коснулся корпуса лодки. Купол из рангоутов, земли и белых корней у него над головой походил на небо, созданное хилым, полуслепым богом. Когда он сделал еще один вдох, его ноздри наполнили запахи почвы, соснового сока и плесени, и еще какие-то более диковинные, но такие же экзотические, как содержимое баночек со специями на кухне Джудит. Саймона неожиданно удивил сладковатый привкус в воздухе, и он начал задыхаться. Бинабик засунул в дыру голову.
– С тобой все хорошо? Там плохой воздух?
Саймон наконец задышал нормально.
– Я в порядке. Просто… – Он сглотнул. – Не волнуйся.
Поколебавшись немного, Бинабик исчез.
Саймон смотрел на бок лодки, как ему показалось, очень долго. Ее установили в яме так, что баргоут находился выше его головы, и он не мог придумать, как забраться внутрь с помощью одной руки, факел был таким толстым, что он не мог взять его в рот. Через несколько мгновений, когда ему отчаянно захотелось повернуть назад и выбраться наружу – и пусть Бинабик решает все проблемы, – он засунул конец факела в землю рядом с одной из досок, ухватился за баргоут и подтянулся вверх, дрыгая ногами, чтобы отыскать опору. Дерево «Морской Стрелы» оказалось скользким, но выдержало его вес.
