Сэмюэль дёрнулся, но к нему с обеих сторон подскочили Дори и Этти и заломили ему руки за спину. От толпы отсоединился красный жрец и подошёл к Лизавьетт, подавая ей нож. Лизавьетт стала нехотя подниматься – ещё бы, её оторвали на самом интересном месте. Вине же встал с колен на ноги, наслаждаясь комедией, которая сейчас разыграется: для демона дикая смерть невинного беззащитного человека всегда комедия.
Демон неестественно дёрнулся, его лицо исказилось в возмущении, отвращении и острой боли. Внезапно в следующий миг он дёрнулся во второй раз. В третий раз он заорал. Этот вопль будет теперь долго преследовать меня в кошмарных снах: так может орать только поверженный гигантский монстр с далёкой враждебной планеты…
Лизавьетт в неподдельном ужасе смотрела, что происходит с её возлюбленным. На чёрном теле демона стали расползаться три пышущих огнём дыры, будто его плоть разъедалась и сгорала заживо. В четвёртый раз демон дёрнулся особо конвульсивно.
Лизавьетт закричала, показывая куда-то вперёд себя и вверх:
– Там – Охотник! Убить его, убить! Уничтожьте Охотника! Скорее, заприте все двери! Принесите мне его голову!
В зал вбежало несколько охранников в масках и костюмах. Остальные люди, те, что были в плащах, заволновались. Толпа заколыхалась. Кто-то стал в панике кричать.
Демон бился в агонии, упал на колени, держался за голову. Всё его тело горело. Он испускал дикие нечеловеческие вопли.
Охранники ринулись вверх по лестницам, на балконы и балюстрады.
Я оглянулась туда и увидела, как из-за занавески, закрывающей балкон сверху, на которую я сначала не обратила внимания, что-то вылетело, какой-то сгусток сильно сжатого воздуха. Это нечто полетело в демона, и вдарило ему в грудь, отбросив совсем назад. Демон завопил теперь уже так, что завибрировали стены. Его объяло пламя, он бесновался, извивался в кошмарной агонии.
Лизавьетт в ужасе вопила:
– Не-е-е-ет!!! Не-е-е-е-е-е-ет!!! НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!!
Она буквально сошла с ума, металась возле горящего любовника, которого ждала всю жизнь и с которым так ни разу и не успела позаниматься любовью.
Охранники добрались до занавески, проникли за неё. На балюстраду-бортик выскочил Рикардо, я узнала его по арбалету. И в следующий миг ринулся вниз, совершая прыжок с почти что десятиметровой высоты!!!
У меня всё перекрыло в горле. Он же разобьётся, ноги переломает!!!
Но нет, он прыгнул невероятно удачно. В этом прыжке было что-то сверхъестественное, он словно летел, планируя, как птица. Приземлился на обе ноги, перекувырнулся вперёд и принял боевую стойку. К нему подступали охранники, их набежало сюда как ос на патоку немерено!
Чем же я могу здесь помочь? Я отчаянно соображала.
Я увидела, как две полуголые бестии, продолжая заламывать руки несчастному Лисону, уводят его. Толпа кругом бегала в разные стороны, все орали. Охранники дрались с Грифоном, Лизавьетт безумно билась об пол в судорогах, как рыба, выброшенная на берег. Я осознала, что Сэмюэля сейчас убьют! Вот он, по сравнению с ловко орудующим арбалетом Рикардо, был по-настоящему тем, кто нуждался в помощи. Если я просто так буду стоять и лупать глазами – смерть жениха Элизы будет на моей совести. И её дух отныне будет являться мне и укорять. И попрекать, что я, такая лицемерка, так горела желанием увидеть её, пожалеть-помочь – а жениха её прозяпала!
Расталкивая дезориентированную толпу кричащих людей, я ринулась туда, куда уводили Сэма.
На меня, хвала всем богам и дьяволам, никто не обращал внимания. Ни охранникам, ни Лизавьетт в голову не могло прийти, что кроме Рикардо и Сэмюэля, тут кто-то есть ещё. Моим эффектом неожиданности следовало воспользоваться. На фоне толпы я была одной из беспорядочно бегающих фигур в плаще и маске. Я выбежала в коридор и чуть не поскользнулась. Две мегеры уводили Сэма дальше, в одну из дверей. Когда я задержалась за стену, мой взгляд упал на пол, я увидела, что там что-то валяется. Подбежав, я подняла флакончик с какой-то жидкостью и вещь, которую уже держала в руках.
Кархародон! То есть он был у Сэма? Но откуда?! Как Кархародон попал к Сэму? Не мог же Грифон дать ему? А может быть, Грифон относил его показать Полине, чтобы использовать во время сеансов связи с Элизой, и оставил, а Полина для чего-то дала Лисону? Я засунула Кархародон и пузырёк с невесть чем в карман и побежала к той двери.
Она закрыта, но я с разбегу налегла на неё плечом и вышибла замочек, оказавшийся весьма хлипким. Мною двигал сплошной адреналин и страх за жизнь Лисона.
Оказалась я в длинном банкетном зале, просторном, где вдоль стен стояли накрытые столы со всевозможными яствами. Дверь я вышибла ровно в тот момент, когда одна из порочных женщин держала ослабшего перепуганного Сэма за руки, а вторая занесла над ним большой острый нож для резки мяса и собралась начать кромсать его лицо или вонзить в шею. Лисон пытался вырываться, но еле дышал от пережитого потрясения и слабости.