В прошлом году из сотни переселенцев умерло двое взрослых и трое детей. Болезни, грязная вода, змеи и ядовитые пауки. Обо всём этом переселенцы были предупреждены, но люди полагаются на авось… Не всегда везёт. Моя задача — чтобы всем повезло доехать до Калифорнии!
Слава Богу! Слава Богу! Поверил! Этот дурак Заруцкий вчера поверил князю Ивану Салтыкову, что тот перейдёт с полком на его сторону и третья курляндская бригада тоже. Мол, приказ жены Вайса Феодосии. Вот же дурень. Доси, наверное, уж и в живых то нет в том Устюге. Приказал я её извести при случае. Должны уж были сделать! А этот дурень… Ну, каково! Приехал вместе с казацким полковником Засекиным. Без охраны! Рыцари, блин, Печального Образа. Вот и славно.
Мы в атаку сегодня не пошли, а сказали атаманам, что Заруцкий и Засекин нам сами сдались. Мол расходитесь. Никого не тронем. Нашлись те, кто увёл свои казачьи отряды с поля боя. Попытались казаки нас взять в лоб, но не вышло. Снега нет и их сани с пушками и фальконетами победу им, как в предыдущих боях — не принесли.
Уходят! Уходят казаки не солоно хлебавши! Теперь нужно спешно созывать Земский Собор из тех кто есть под рукой. Почти половина делегатов уже приехали. Пусть меня Спасителя России выбирают царём! А кого ещё? Я Заруцкого в цепях по Москве в клетке провезу. Пусть все видят, кто истинный царь, а кто самозванный!
Слава тебе Господи!
Каспийское море вскрылось ото льда, можно выходить на второй поход. Мы готовы к повторению маршрута. В прошлый раз нам удалось взять Ургенч неожиданным наскоком, а Хиву нам сдал наш русский, дослужившийся в войске хивинцев до сотника. Так он отомстил за то, что его дочь-красавицу забрали наложницей в ханский дворец. То, что узбеку хорошо, русскому — смерть!
В том походе, кроме Ургенча и Хивы мы больше не брали города. Просто по дороге забирали в обоз невольников: русских и джунгар, что оказались здесь в рабстве. Также мы угоняли с собой стада скота. Собирали в обоз всё более-менее ценное. Случился только один крупный бой под Самаркандом. Пока войско противника строилось для битвы, наша конная батарея с драгунским полком обошла врага с фланга. Канониры отбили картечью атаку местной степной кавалерии, а затем принялись пулять ядра в строящиеся плотные узбекские коробочки, собранные потомком астраханских ханов Вали Муххамадом. Когда конница наших джунгар по сигналу атаковала и смяла чужой правый фланг, то противник дрогнул и спешно отступил под прикрытие крепостных стен. Нашей целью не было непременного взятия Самарканда. Мы довольствовались добычей собранной вокруг города. У нас за весь поход небоевых потерь получилось больше, чем боевых.
В этот раз мы берём с собой мортирную батарею, которая может поджечь город брандскугелями и разрушить двухпудовыми ядрами не слишком прочную башню или стену.
Наш командир Виктор Вайс находился в Тюмени, но незримо присутствовал не поле боя. Ведь всё идёт по утверждённому им плану. В плане всего не предусмотришь, но на то и опыт у начальства. Без дальней и ближней разведки никуда. Никто из командиров полков и батальонов не лез на рожон. Кавалерии у нас было не много, так как кони в походе требуют много зерна. Чтобы набить брюхо лошади нужно полдня травку щипать, а не плестись по пыльной дороге. Голодный конь и в бой не пойдёт и повозку не повезёт. Поэтому, сам голодай, а коня выручай!
По плану мы должны были прошерстить ханства и вернуться назад за четыре месяца. Так что долгие осады были нам не к чему. Постреляем недельку и разрушим стену — вот и контрибуция на блюдечке. А нет. Снимаемся с места и идём к следующему городу. Благо тут городов много и не у всех стоят крепости.
Подхожу в порт на погрузку батареи на флейт, а там «старый» канонир рассказывает как бил поляков под Смоленском:
