А поживится у меня было чем — двадцать возов с золотом и серебром, тридцать возов с мягкой рухлядью запечатанной в бочки, табун хороших лошадей и ещё пятьдесят возов с коврами посудой и прочим добром. Если нас не пустят в Москву, то скорее всего в цари выберут малограмотного юного Мишу Романова, а править будет десница-канцлер Романов-Каша.
От Хлынова до Костромы шли без долгих остановок. Две недели и пол пути до Москвы пройдено. По данным разведки, шведское войско во Владимире перекрыло нам дорогу на Москву и на Дон. Если мы пойдём на Москву через Ярославль, то наверняка встретимся с войском Романова-Каши где-то под Переславль-Залесским.
Что ж, чему быть — того не миновать… Посылаю письмо в Серпухов князю Прозоровскому и прошу, если он мне верен, то прибыть срочно к Переславль-Залесскому. Феодосия отдельно от меня письмо сочинила своему фавориту. Царевна смотрит на Дашу зло. Хорошо, что не шипит при встрече, как змея.
В жизни царских и королевских династий было много случаев когда супруги днём царствовали вместе, а ночью расходились по своим спальням, где встречались с любимыми. Одна только Екатерина Великая, чего стоит…
Ну, хватит о грустном. А какие у меня будут планы, если сяду на престол? Прежде всего нужно договорится с Досей, чтобы в дела армии и политики она не лезла. Денег пусть берёт сколько захочет, но мне не мешает. Она, вроде как, согласилась на такой вариант.
Что ж отдам стрельцам и донцам долги, верну Дон назад в Россию. Хорошо бы без крови. А там и до Таврии с Крымом дело дойдёт. Персидского Шаха на Юге нужно назад из Баку отогнать и новый договор заключить. Без персидских денег нам, ох, тяжко придётся. Со шведами тоже нужно будет замириться, ведь нам из Рима крестовый поход обещают. Надобно нам со шведами быть заодно и восстановить Северный Союз, а то нас передушат поодиночке.
Для всего этого нужна такая армия, чтобы громила любого врага. Войско нужно строить вокруг артиллерии. Я уже распорядился начать на Урале лить «единороги». Сейчас в Европе пытаются сделать что-то похожее, но толи не получается, толи дорого выходит, толи ещё что…
Впрочем, и у нас уже пытались делать. Видел ствол одной гаубицы(гауфницы) в арсенале. Отлит полвека назад в Москве. Калибр чуть больше десяти сантиметров(для ядер и картечи), длина около метра, вес, я думаю пудов восемь.
Но, нам такая древность не нужна. Я сам хорошо разбираюсь в артиллерии. Сделаю чертёж. Литейщики не дураки. Всё сделают, как следует.
Единороги, ядра, картечь, лафеты с железной осью — вот «кулак» нашей армии. Полевые пушки с хорошими расчётами стреляют в разы чаше чем даже мои гвардейские батальоны. И картечью можно бить гораздо дальше, чем задравшая мушкеты пехота(при закидывании оружия вверх количество осечек увеличивается в разы). Так что нужно научиться лить на Урале «единороги», а это не месяц и не два. Хорошо, если через полгода начнут что-то путное выпускать. Вот тогда, можно будет и сойтись с кем угодно на поле боя. А на будущее нужно дать задание оружейникам подумать над казнозарядными и нарезными пушками. Разговоры в Европе про них уже давно идут, но что-то путное пока ещё никто не сделал. Возможно, что с нынешними технологиями — ничего хорошего и не выйдет.
Мне с трудом удалось собрать из разбросанных по Сибири частей два сводных полка пехоты(2000) и полк драгун(500) плюс двенадцать пушек полевой артиллерии и восемь пушек конной. К Костроме ко мне прибилось ещё пять сотен плохо вооружённых дворян и служивых людей, коих я взял с собой чисто для предвыборной проформы и тысяча охочих крестьян для посохи, что плелись теперь позади войска. Если Прозоровский в Серпухове сумеет тайно снять с южных рубежей хотя бы три тысячи бойцов и соединиться с нами, то шансы на победу у нас и призрачных превратятся в реальные.
Подъехала царевна на лошади. Она уже оклемалась после недавнего падения в реку. Но, перед мостами теперь всегда спешивалась. Спрашивает меня ехидно:
— И как же вы сегодня спали в поле под попоной? У Даши задница от земли не замёрзла?
— Не замёрзла.
— А у меня вот замёрзла. Может придёшь ночью погреть? А? По старой памяти.
— У меня, и правда, есть чувства к тебе. — хмыкнув, говорю я.
— Правда? — удивляется Дося, улыбаясь.
— Да. Я чувствую, что ты выводишь меня из себя и мне хочется взять плётку и огреть тебя по заднице!
— Спокойствие, ВиктОр, только спокойствие. — эта мегера ничуть не испугалась, — А то я уже вся пылаю внутри представив, как ты меня…
Что нам она себе представила, я не стал дослушивать, а стеганул лошадь и ускакал вперёд к командиру разведки.
