Так, ладно, сейчас не до этого всего. Вот-вот может случиться самое непоправимое. Мало того, что мне придётся как дураку на всеобщем обозрении кучу дней находиться, ещё и не смыться незаметно не получится, а я ведь в поиске уважительных причин для пропуска заседаний, пусть не всех, но хотя бы каких-то.
На болезнь с моей магией никак не сошлёшься, у меня и без магии с симуляцией плохо всегда было. Один раз, чтобы родители разрешили не ходить в школу, классе в четвёртом градусник расколол, приложив его к батарее, чтобы нагрелся.
Ну, на болезнь не получится, можно на срочные дела рода сослаться. Не думаю, что прецептор станет препятствовать, очень уж он меня уважает.
— Ваше преосвященство, ваши преподобия, — встаю со скамьи, можно говорить с места, но все для выразительности и привлечения большего внимания всё же отрывают задницы, и я так сделал. — Прошу меня извинить, но я отказываюсь от столь высокой чести. Слишком юн ещё и неопытен. Прошу понять, простить.
Ну, я выдал. Похоже, это первый в Паргее случай самоотвода. Или нет? Все смотрят на меня с изумлением, впрочем, выражения лиц сразу же становятся добрыми. Ещё бы! Принесший славу не только своему роду, но и ордену могучий боевой маг и великий целитель понимает, что в делах нужны опыт и мудрость, которых ему пока в силу возраста и воспитания не достаёт. Скромен аббат Готлинский, очень скромен.
— Милорд Степ. — первый нарушил воцарившуюся тишину виконт Филипп, главный инквизитор королевства. — Ты подумай ещё.
— Я уже подумал. — придаю голосу твёрдости. — И повторно отказываюсь.
Коллеги принялись живо обсуждать с сидевшими по соседству произошедшее, пока их не перекрыли слова прецептора:
— Полагаю, мы должны с уважением отнестись к решению нашего брата, он заслуживает такого отношения.
Спасибо тебе, Николай. Готов поддерживать меня во всём. Пусть это продлится как можно дольше.
Сажусь, но теперь отключиться от происходящего никак не получается. Вдруг ещё какую-нибудь пакость в свой адрес пропущу?
Кандидатов в этот средневековый, церковный президиум набралось одиннадцать человек, что меня сильно опечалило — подумал, весь день теперь убьём на выборы. К счастью, ошибся. Голосование на данном этапе прошло открыто, а для победы не требовалось набирать свыше половины голосов, достаточно получить больше конкурентов. Управились до обеда.
Когда пошли в трапезную, я догнал прецептора, и тот сразу же перестал слушать прилипших к нему четверых прелатов и Ворского аббата, взял меня за локоть, показав, кто в нашем ордене чего стоит.
Попросился у него первым выступить с докладом, напомнив, что благодаря трофеям и хорошей организации хозяйства братом Георгом, тем самым, что изготавливает готлинские ходики, приведшие всех участников конклава в полный восторг, я не собираюсь ничего просить из орденского бюджета.
— Ты удивительный человек, Степ. — громко произнёс старик Гиверский. — Такими я себе всегда представлял сподвижников Создателя, первых пастырей.
Даже как-то неудобно, честное слово. Вот он сравнил. Ну, вылечил и вылечил его племянников. Деньги не взял? Так это не из-за того что бессеребренник, просто, считаю, есть многое, что дороже злата.
— Моей обители и правда ничего сейчас дополнительно не требуется.
— Я не об этом, милорд. — мы уже вошли в трапезную, и он потянул меня за собой, во главу стола. — Обычно стараются все хорошие дела представлять своими заслугами, а своих подчинённых винят в неудачах и провалах. Ты же всегда воздаёшь должное своим братьям. Конечно, ты сделаешь доклад раньше других. Григорий, — обернулся он к секретарю. — Ты слышал?
— Да, ваше преосвященство. Сейчас же изменю порядок выступлений.
А прецептор реально усадил меня рядом с собой. Пусть и по правую руку — слева, на более почётном месте сел инквизитор — но всё равно большая честь. По взглядам коллег и их гримасам, понял, что их симпатии завоёванные отказом от выдвижения на выборах, испарились из-за жеста Николая Гиверского. И ладно. Легко пришло — легко ушло. Мне с ними детей не крестить. Им-то всем от меня что-нибудь нужно, а я и без них хорошо проживу.
— Мне бы завтра не присутствовать. — говорю уже за едой. — Есть поручение от герцогини Марии, да и с кардиналом попытаюсь встретиться. А проголосую так, как вы скажете. И по распределению средств, и по назначениям на должности.
Прецептор долго не раздумывал.
— К кардиналу насчёт знакомства с принцессой Хельгой? — проявил осведомлённость начальник. — Она только на следующей неделе из поездки в замок Кофр вернётся. Но, да, повидайся с его высокопреосвященством, если конечно он не будет занят.
Вот уж нисколько не расстроюсь, коли не попаду к Марку Праведному, я не собираюсь настаивать на аудиенции. Появлюсь в приёмной, обозначусь и уйду. Зато будет повод ещё одно заседание потом пропустить.
