Вовремя я вспомнил об этом. Не столько навыки, привитые мне милордом Ричардом и лейтенантом Максом выручили, сколько реакция и быстрота молодого тела, да ловкость, развитая во время тренировок. Хотя, как выручили? Лишь частично, не получил мгновенного болевого шока от распоротого почти до кости бедра, в которое успел вонзить кинжал левой рукой нападающий, а правой, подскочив будто подпружиненный, он сильно ударил мне точно в сердце.
Спасла кольчуга, вовремя откинутая назад шея, по которой сволочь хотел меня полоснуть вновь левым клинком, и подоспевший на выручку Карл, разделавшийся со своими двумя и ударивший в бок третьего.
Славно я повоевал. Ни одного не достал, зато сам истекаю кровью, как бык на скотобойне. И боль-то какая адская! Отличный урок, расплата за самомнение, и то, что на моём счету есть один убитый магической атакой, утешение слабое.
— Я сам. — останавливаю протянувшего ко мне ладонь с исцеляющим амулетом милорда Монского. — Ты этого лучше свяжи и вылечи, пока он не окочурился. — мои слова тонут в грохоте взрывающихся в небе алхимических шаров, озаряющих вокруг пространство разными цветами — красным, синим, жёлтым, зелёным. — Живого лучше допрашивать, чем мертвяка. — задыхаясь от боли, активирую плетение в кристалле и чувствую, как начинает толчками отходить боль, напуская сонливость одновременно с ощущением блаженства, близкого к оргазму.
Испытал сейчас то, что раньше выдавал своим пациентам — ощущение счастья. То-то они потом все на меня с таким преклонением смотрят. Полное исцеление — это вам, как говорится, не лобио кушать.
— Ты чего, Степ? Пришёл в себя? — Карл поднялся на ноги, выполнив моё указание и перевернув на спину нашего последнего противника, едва не отправившего меня на очередное перерождение, если конечно оно ещё возможно. — Всё бесполезно. — сильно пнул он связанного. — Твои сведения и в этом оказались точными.
О чём это он? А, теперь понимаю, глядя на совершенно здорового телом и, при этом, смотрящего вверх абсолютно безумным взглядом моего несостоявшегося убийцу. Значит предположение начальника королевского сыска виконта Виктора о том, что на напавших будут наложены и активированы при неудаче покушения плетения вечного молчания, оказались верными. Этому гнойному уроду надо было в предсказатели идти, в оракулы, а не главным тут чекистом работать.
Ничего, дорогой виконт, нашёл же я инструмент против тебя и твоего повелителя? Думаю, и в дальнейшем постараюсь справиться. Вот только, зря я свою прослушку снял. Сегодня же, кровь из носа, надо будет вернуть её на место. Наполнить свой алмазик плетением и положить туда, откуда взял. Значит что? Значит, тушкой или чучелом, но надо поскорее отсюда из дворца сваливать. Я непременно должен узнать реакцию Эдгара на произошедшее покушение, точнее, на его провал, и дальнейшие планы. Сомневаюсь, что он успокоится на этом, дескать, не получилось, и ладно.
К нам уже бегут королевские гвардейцы, с трёх сторон сразу. Проснулись помощники. Ладно, хоть так. Другие до сих пор продолжают пялиться в небо вместо службы. Эти-то бдительность проявили.
— Господин? — спрашивает первым подбежавший сержант. — Что случилось?
Оглядываюсь в бесплодной надежде обнаружить того, кто активировал заклинание молчания, превратив убийцу в овоща, а его мёртвых подельников в непригодных для допроса с помощью некромантской магии. Понятно, людей увидел много, но, кто из них является кукловодом, не определил. Морщусь от очередного грохота взрывов в небе и смотрю на гвардейцев.
— Сами не видите что ли? — толкаю ногой тело связанного — вдруг появятся признаки разума? — не, бесполезно. — Я милорд Неллерский, настоятель Готлинской обители. Со мной милорд Монский. Эти негодяи на нас напали. Действуйте, как вам положено действовать в подобном случае.
Надо было бы разрушить тут всё к чертям собачьим мощными заклинаниями. Ага, чтобы что? Досадить королю? А как же завтра-послезавтра мне танцевать тут с Бертой, принцессой. Ух, ты, а я ведь поставил мою девчонку впереди коронованной особы, хоть всего лишь в мыслях. А чему удивляюсь? Для меня они в таком порядке и стоят. Нет, устраивать тут разрушения не имело смысла, да и возможностей.
Появился лейтенант из состава караульной смены, с ним капитан из сыска, ещё с десяток вооружённых и без оружия людей. Подчинённый виконта Виктора распорядился тела невидимых убийц и единственного живого из них унести в дворцовые подземелья для завтрашнего допроса. Празднику же ничто не должно помешать, ни покушения, ни дуэли в тёмных закоулках парка, ни ссоры, ни впавшие в буйный пьяный кураж, ничто и никто. Шоу маст гоу, как говорится, шоу должно продолжаться.
Нас с Карлом конечно же никто допрашивать не станет. Мы рассказали о произошедшем, но каких-либо предположений строить не стали. Честно заявили, что нападавших видели впервые.
