Та напилась в стельку довольно быстро, видимо, на старые запасы легло, и принялась изливать мне сказки про свою печальную участь. Почему сказки? Да не верю я таким душещипательным рассказам. В большинстве своём профессию ночных бабочек выбирают те, кто к ней склонен. Нет, есть конечно исключения, но Верда к таковым точно не относилась.
— Мой милый господин, ик, я г-готова. — вытерев слёзы, выступившие у неё от жалости к самой себе. — В-вы не думайте чего, я, я оч-чень оч-чень умелая. Хотите вам язычком кое-что поласкаю?
Приехавшая в столицу из провинциального городка учиться на швею девица очень быстро нашла себя на другом поприще, тут платили больше, да ещё кормили и поили. Наверное, за год она реально многому научилась, только вот мне не хочется испытывать на себе её искусство.
— Ты иди ложись, если хочешь. — говорю. — А мне что-то не здоровится. Только ты Изольде своей не говори, что у нас с тобой ничего не было. Ты — ей, она — моим друзьям, те насмехаться начнут. Ладно?
Верда покивала головой и потянулась уже ко второму кувшину. Первый она осушила, считай, в одиночку, я вино лишь пригубливал, при том, что оно здесь вполне приличное.
— Ладно. Ик. А то она меня же и обвинит, что не сумела соблазнить. — покивала девица. — Ой, а деньги? Драхма, всего одна маленькая блестящая драхма.
Правда, дешёвка. Ник меньше чем по две в других вертепах не платил, ну, если конечно верить этому хвастунишке. Мой юный приятель любит приврать. Монету я положил перед ней, заработала, пусть и не по прямому своему ремеслу.
Сколько прошло времени, пока я выслушивал историю шлюхи, сказать было сложно — час, может, полтора — но за окном уже стемнело. Пора было возвращаться в гостиницу. Так-то прогулка по ночному Рансбуру тоже стояла у меня на повестке, только сделать это я планировал не сегодня, а, главное, наложив на себя перед этим полную невидимость.
Внизу меня дожидается милорд Монский, развалившийся на диване с выражением лица, как у объевшегося сметаны кота. Карл-то мой излишней брезгливостью не страдает. Он о чём-то переговаривался с хозяйкой заведения.
— А где эти? — спрашиваю.
— Вы уже всё? — вместо него ответила Изольда. — Может другую девушку пожелаете?
— Нет, хорошего помаленьку. — отказываюсь. — Так где наши приятели, Карл?
— Ещё не выходили. Думаю, скоро уже. А, вот и они. — поднялся он с дивана, увидев спускавшихся Виталия и Рона.
Что-то они какие-то напряжённые. Неужели вроде меня ограничились беседами со своими девицами? Или их что-то гложет? А может плохое задумали? Вон какой взгляд я сейчас поймал от Виталия, будто после той ссоры во дворце моей Снежной королевы Марии. Уж не готовит ли мне какую-нибудь пакость? И вертеп, пусть не на окраине и не в трущобах, но далековато от моей гостиницы с охраной выбрали? Да ну, к чертям, не нужно впадать в маразм. Объясняли же мне, что здесь в Рансбуре мы земляки, и должны держаться за одно. Это так, но нужно ли верить всему, что говорят?
Нет, конечно же, ни дядя Курт, ни тётушка Ника, ни вице-канцлер Андрей с новоназначенным и уже убывшим в свой Лижон полковником Иоанном Неллерским обманывать бы меня не стали, тем более, так все дружно. Специально бы не стали, однако, есть ли гарантия, что они сами не ошибаются? Исключения имеются в любых правилах.
— Пойдём? — весело спросил баронет Вирн. Как-то, на мой взгляд, слишком уж весело, наигранно. Или я начинаю уже себя накручивать? — Мы вас до «Золота Кранца» проводим, а потом уж и сами до своей дойдём.
Сколько тут мне идти? Минут пятнадцать-двадцать? Ну, за такое время я вполне могу сплести и удерживать на ходу несложное атакующее заклинание. Так и сделаю, ту же стрелку сейчас сотворю. Пусть будет. Мало ли, кто может на нас наброситься. Правда, время-то ещё детское, часов семь вечера, хотя и темно.
Эх, и почему нельзя сразу несколько подготовленных магических атак удерживать? Вот было бы здорово иметь целую обойму. Случись что, будто бы из пулемёта открыл стрельбу. Хорошо, не из пулемёта, а из пистолета.
Ага, здорово. Только тогда бы и меня, такого всего великого и могучего, какой-нибудь недружелюбный маг средней силы из-за угла мог осыпать атакующими плетениями. Никакие бы амулеты не спасли. В теории, конечно, я бы мог увешаться защитами как королева Матильда бриллиантами, но ведь и атакующих могло оказаться не один и даже не два.
Так что, всё к лучшему. Как есть, так и есть, а я выдерну-ка из источника вот эту голубенькую нить, основу стрелки.
— Милорд? — вывел меня из задумчивости Виталий.
— Да-да, пошли. — улыбаюсь.
Правда, напряжён наш готлинский виконт, его приятель тоже, смотрю, не расслаблен. Беспокоятся за мою безопасность? Вполне может быть. Случись что-то со мной по их вине, в герцогстве им лучше не появляться лет пять, да и в Кранце будет совсем не уютно, ни карьеры, ни поддержки, ни даже защиты не видать. Впору уезжать куда-нибудь в империю, и там ждать, пока у Неллеров злость поутихнет.
