Не понял, это ты меня так подначиваешь что ли? Зря. Может и вправду избавиться от него насовсем? Мне ведь достаточно только намекнуть Эрику. Мой наёмный убийца, то есть, лейтенант герцогской гвардии ведь понимает намёки ничуть не хуже, чем тот виконт Виктор мутные слова короля Эдгара. Нет, пусть живёт. Хоть и козёл, но реально пахарь. Самые неприятные с моей точки зрения обязанности тащит, что тот вол плуг.
— Я никогда не опаздываю, брат, — возвращаю улыбку. — А вот задержаться да, всегда могу. Сам должен понимать, сколько у меня дел и хлопот. Эх, дорогой преднастоятель Михаил, мне бы твои заботы. Но ты иди отсюда, сегодня мы здесь в тебе уже не нуждаемся.
С удовольствием наблюдаю за выражением лица баронета. Как у ребёнка, у которого отобрали любимую игрушку. Разумеется, возражать он не посмел. Пусть бы только попробовал при таком-то количестве свидетелей. Я ведь и его могу наказывать своей властью, ну, там, в келье закрыть для молитв, или назначить поститься.
— Приступать? — спросил брат Никита, когда мы заняли свои места.
— Мать Луна вас всех покарает! — вдруг подняла искажённое ненавистью, надо сказать, весьма симпатичное лицо жрица, да и фигурка у неё, что надо. Жаль, честное слово, жаль, но придётся эти дары Создателя основательно изувечить, раз не смогла распорядиться ими должным образом. — Всех! Всех!
Ух, какую мы большую рыбу оказывается поймали, нажористую. Реально ведь, похоже, служит культу Луны, одному из самых кровавых в истории Итерики, с человеческими и даже детскими жертвоприношениями. Впрочем, откуда я об этом знаю? Алексей Проповедник описал в своём «Обращении к магам культов», а наши церковные летописцы ещё те выдумщики. Читая некоторые их описания, ловил себя на мысли, что каждый из этих первых последователей Создателя имел фантазии побольше, чем у десятка авторов фэнтези в моём мире.
Стараюсь не показать, как тяжело мне даются слова.
— Приступайте к допросу. — говорю негромко.
Конечно, не нужно было быть оракулом, чтобы предсказать, что свой день рождения я встречу в пути. Единственное, в чём ошибся, встречать мне его приходится не на постоялом дворе, а в походном шатре, разбитом у небольшой речушки между дорогой и лесом в двух днях пути от Неллера. Гостиницу мы вчера проскочили, достигнув её намного раньше запланированного — и состояние тракта при долгом отсутствии дождей оказалось очень хорошим, и мешающих движению встречных обозов или караванов попалось всего четыре. Нет, понятно, нам все уступают путь, но всё равно какое-то время на разъезд тратится, ширина проезжей части у нас не позволяет встречным потокам транспорта двигаться одновременно.
Лейла пошевелилась, поёрзав голой попой о моё бедро, и я вновь почувствовал желание. Но, нет, хватит, хорошего помаленьку. К тому же сквозь щель в пологе вижу, что уже светает, а значит пора готовить свой кулинарный сюрприз для сестры и ближнего круга. Понятно, готовить буду не сам, но обязательно процесс проконтролирую.
— Господин, — прошептала пухляшка и повернула голову с заспанными глазами, почувствовав, что я сел на нашем соломенном тюфяке.
— Спи. — также тихо командую девушке.
Мы едем налегке, из повозок только карета маркизы Неллерской и два лёгких фургона под поклажу, так что, наши с Агнией шатры весьма скромны размерами, хотя и сделаны из плотной дорогой ткани. Тем не менее, места внутри достаточно, чтобы я мог спокойно одеваться, не пригибая голову и не касаясь стен. Чем я и занимаюсь.
Служанка спорить со мной не стала. Сладко улыбнулась с зевком и снова повернулась набок. Она с сестрой в последний раз сопровождают свою хозяйку в путешествии. Из Неллера близняшки сразу после свадьбы Юлианы и Андрэ отправятся с милордом Василием Дитонским, родным дядей нашего зятя, в пограничную крепость Леотан, где полковник, комендант этой твердыни, ни разу за всю историю так и не взятой виргийцами, хотя много раз пытались, включая в последнюю кампанию, по просьбе Агнии подобрал обеим мужей из числа своих унтер-офицеров пограничной стражи. И Лейле, и Гейле, вскоре предстоит стать весьма уважаемыми дамами.
Их хозяйка, как и обещала, уже выделила девушкам приданое и весьма приличное. Если оценивать деньгами, то почти по полторы тысячи драхм на каждую. Здесь это немаловажно, потому что разводы хоть и не приветствуются и очень затруднены, тем не менее, возможны, а по закону муж, в случае отсутствия факта супружеской неверности со стороны жены, при разводе обязан выплатить своей бывшей удвоенную сумму её приданого, не считая раздела имущества и обязательств по содержанию совместно нажитых детей. Получается, близняшки будут в какой-то степени защищены и с материальной стороны. Откуда у простых сержантов найдутся такие деньги?
