Все они извлекли мечи, а над одним в магическом зрении я увидел засветившиеся энергетические жгуты. Пфф, светло-зелёный, голубой, белый, в общем, это маг-целитель. Других нет что ли? Есть. Над третьим появился ярко-оранжевая и, следом, бордовая нить энергии. Этот точно боевой маг.
Только поздно им уже вступать в бой. И они совершили ошибку, сразу же не подавшись в стороны друг от друга, чем милорд Монский и воспользовался. Он тоже подготовился заранее, его облако тьмы накрыло всех четверых ронерских командиров и только что начавшего подниматься с земли одного из спасшихся при моей атаке солдат или сержантов.
Ну, есть у вас ещё по одному антимагическому амулету, я вот позаботился о себе и своих соратниках, у нас их по два-три. Нет, они не такие предусмотрительные. Даже пикнуть не успели, как начали на глазах превращаться в гниющие трупы вместе со своими лошадьми.
— Надо было в плен взять. — говорю, начиная готовить молнию, сражение-то ещё не закончилось. — И сведения могли полезные получить, а потом и выкуп. У тебя деньги лишние что ли?
Идея с пленением офицеров мне самому только что пришла в голову. Я не совсем справедлив, упрекая Карла в недогадливости. Но пусть впредь думает лучше, не всё же мне одному за всех предусматривать каждую мелочь?
Вот что за люди, а? Бессовестные, честное слово. Я, можно сказать, им жизни спас, ну, или имущество, здоровье и честь их женщин и девиц, а они? Пытаются меня надуть.
Нет, друзья, так не пойдёт. Аббат Степ конечно не специалист по работорговле, но все документы, касающиеся продажи на каторгу приговорённых мною преступников или заплаченного братом Алексом, моим казначеем, за новых работников, просматривал внимательно и разбирался дотошно, как и со всеми другими хозяйственными вопросами. Никому не позволю обвести меня вокруг пальца.
Сильно расстраиваться по поводу природы человека не собираюсь. Подозреваю, если бы некто забросил меня в мир каких-нибудь разумных рептилий, там с моралью было бы всё тоже самое, что на Земле или Паргее — жадность, стяжательство и прочие скверные качества. Впрочем, добрые черты тоже, надеюсь, являются неотъемлемыми спутниками мыслящих существ.
— Я не ослышался, почтенный Григорий? — в моём тоне весь яд агалары, сколько его можно найти в тайниках всех аристократических родов нашего королевства. — Пятьдесят драхм за голову?
— Пятьдесят пять, милорд. — моментально повысил ставки тиун моей мачехи, а по совместительству и староста Соляновки. — Мы всегда такую цену платим. Они же скоты долго в соляных штреках не выживают. Хорошо, если год протянут, тогда окупится.
В поселение мы входить не стали, некогда. Завершим дела, и надо спешить на условленное с полковником место встречи. Так что, с представителями местной власти разговариваю снаружи стен, ярдах в сорока от ворот.
Их четверо, нас трое — со мной Карл и Эрик. Десяток моих бойцов оцепили участок дороги, где мы стоим.
— Вы за пятьдесят покупаете дохлых, тех, кого в Тибо-Ласте никто не взял, — Эрик решил, что нужно вмешаться. Думает, его молодой господин не очень разбирается в торговле. Напрасно. — А эти придурки здоровые. Посмотри сам. — он показал плёткой на три с небольшим десятка разоружённых ронерских пленных, понуро стоявших в одну шеренгу возле разбитой катапульты.
В прошедшем сражении мы уничтожили почти две сотни вражеских бойцов, с учётом тех, кого добили — раненых в живых не оставили никого. Часть ронерцев, до роты, смогли организованно отступить в лес, и сколько-то их разбежалось.
Преследовать мы не стали. Долго, да и опасно, можно было бы не досчитаться потом многих своих вояк, в лесу наше преимущество в магии сводится к минимуму, а численного перевеса над противником почти нет.
Нашими трофеями стали десяток фургонов с припасами и амуницией, табун лошадей голов на сорок, пасшийся у водяной мельницы в полу-миле от Соляновки, снятое с убитых или брошенное трусливыми оружие и доспехи, да построенные сейчас у дороги пленные.
Ещё мы захватили офицера, старшего сержанта и двух капралов, но эти пойдут на обмен или за выкуп, а пока заберём их с собой. Ронерский лейтенант из простолюдинов, значит, магией не владеет, потому каких-то особых мер по его контролю в плену не требуется.
— Мы видим, господин офицер, что они в хорошем состоянии. — перевёл взгляд с меня на Эрика староста. — Только из Неллера-то их не разглядеть. Как я объясню казначею вашей матушки, почему в этот раз заплатил за голову кандальника на четверть дороже?
Вообще-то Машенька мне не мать, а мачеха, ну, да, в такие тонкости сейчас нет смысла влезать.
