Огузин тоже внимательнее изучил кругляшок, сделаный судя по всему из золота — очень ровный, с насечкой на ребре и сложным рисунком, выбитым на обоих сторонах. Интересно конечно, но в Хатжуме или даже в Перекатышке эти эльфиалы, как их погоняли, сбыть будет трудно.
— Да Асара оттуда всё тащит, — по стариковски бурчал Фаблик, впрочем, не забывая жрать мясо груши.
— Ну-ка, — размял уши Гузь, — Асара это кто?
Как поведала Зертая, в Логове вообще с самого основания имелся глава, которого погоняли по разному, но по сути, глава. Так вот нынешним главой был Заррик, а Асара — это его дочь…
— Ну как "дочь", — хмыкнула вульпера, понизив голос, — Есть сомнения. Заррик просто пришёл с крайнего запада, оставив там всех родичей, а какое-то время назад заявилась эта фуфля и назвалась его дочерью.
— Уф, Зера, не кусай мозги! — фыркнул Фаблик, — Неужели он бы запросто поверил?
— Не запросто. Но посудите сами, Заррик немолодой вульпер, здоровье уже так себе, задолбался решать все дела в Логове, и тут опа, канитель!… Всмысле, появляется вся такая шустрая. Он просто очень хотел поверить, — подытожила Зертая, — Да и если бы не история с дочерью, нашла бы другой способ пролезть, эта скользская рыба.
— Вот как, — хмыкнула Пуфелина, — А Гузь хотел…
Гузь подёрнул её за хвост, и она сообразила, что будет не слишком умно распространяться о том, что он хотел.
Всмысле, хотел продать Обши — но чем больше рассказывали шарящие, тем менее удачной затеей это казалось. Логово слишком сильно влипло в торговлю с Фарабадом — городом на северо-западе, несмотря на его большую удалённость. Огузин буквально сразу понял, что дело тут нечисто. Пока торговали с тамошними троллями и гоблинами, это ещё ладно, но вот эльфы явно вели какую-то хитрую игру. Например, Зертая знала, что именно эльфы скупают зубы альпак, причём по неадекватно завышеным ценам, а взамен гонят с караванами свои товары и даже жратву. Собственно, любой вульпер из Хатжумы сразу сказал бы, что ясен кусь, это хозяйственная диверсия.
— Ещё какая, — подтвердила Зертая, — Те ослы, что ходят туда с караванами, уже влезают в долги.
— Но вообще-то, — потёр челюсть Огузин, — Зачем им это?
— Вероятно, они по другому не умеют, — пожала ушами Зера, — И что с этим делать, я не знаю. Мы же не можем запретить водителям вести караваны в Фарабад, или извести своих альпак, если совсем спятили.
— Но запретить хождение вот этих штук можно, — подбросил монетку Гузь.
— А вот тут уже Асара подсуетилась, — вульпера снова втихоря огляделась и добавила, — Есть мнение, что она вообще не вульпера, оборотень или что-то вроде того.
Короче говоря, по итогам таких вводных данных планы у группы резко поменялись. Правда, глину с каравана всё равно пришлось разгружать, ведь они на это подписывались с самого начала, но потом Огузин собрал узкий круг ограниченных морд в сторонке от лишних ушей.
— Так, планы меняются. Про сами знаете что — забыли пока, ясно?
— Думаешь, это так серьёзно? — уточнила Огнея.
— Не знаю. Чтобы узнать, надо прошерстить, как оно тут, — резонно заметил Гузь, — Так что, пойдём не просто щёлкать клювами, а расспрашивать местных и составлять картину… Ладно, Гар от этого точно освобождается, а то ты накрякаешь.
— Но у меня глаза есть, — хмыкнул тот, — И я уже вижу, что тут что-то не то.
"Что-то не то" не сразу бросалось в глаза, но определённо присутствовало. Да хотя бы и вывески на некоторых лавках, сделаные на неизвестном языке — причём, язык дело второе, важен сам факт. Нигде более вульперы не вешали вывесок, потому как нет никакой проблемы использовать щачло и спросить, идея отказаться от этого казалась весьма странной. Ещё меньше Гузю понравилось, что здесь встречались вульперы, глядевшие на остальных с явным пренебрежением. Обвешаные блестящими побрякушками праздные крали вызывали только смех, но это у пришлых с их ещё не замутнёнными мозгами, а местные уже явно привыкли. Правда, это играло и на пользу, как ни удивительно. Приходившие с караванами вульперы шугались такого, и меньше поддавались влиянию. Например Огнея призналась, что хотела прикупить колечек на вырученные деньги, но поглядев на весь этот карнавал идиотизма, выбросила идею напрочь.
