- Да и пофиг, что там с никелем делают,- хихикает эта паразитка.- Насть, ты бы позвонила им. Соня на поправку идет. Еще, конечно предстоит реабилитация, повторные исследования, химиотерапия. Но прогнозы хорошие. Представляешь, лечение оплатил какой-то богатей. Просто так. Есть еще люди на этой планете, даже среди толстосумов. Он, правда, пожелал неизвестным остаться. Но я бы на твоем месте пошла в церковь, и молилась за мужика, хоть и не слишком то я верующая.
- Позвоню. Позже,- отвечаю я малодушно, хотя в душе поет ангельский хор. Моя девочка будет жить, и это главное. И где же был этот меценат, когда я подписывала себе приговор? Я боюсь звонить сестре. Придется врать – а я не умею. Катюшка сразу меня расколет. Теперь еще вот Норильск. Это ж надо было придумать такое.
- Ладно, не мучайся,- Машка забирает у меня тарелку. – Ты хоть скажи, что готовить. Ну, не могу я смотреть, как моя подруга морит себя голодом.
- Печень, только с кровью,- успеваю выпалить я, прежде чем слышу, гремящий набатом, дверной звонок. Слышу и понимаю, что ничего хорошего мне не сулит это вторжение.
- Странные желания,- морщит нос моя подруга. Печень я ненавижу с детства, с чего это меня потянуло на отвратительное лакомство? Но думать некогда. Машуля устремляется в прихожую.
- Я открою.- говорю твердо, пресекая всяческие Машкины поползновения. Я знаю, она хочет меня защитить, но я не нуждаюсь. Сама наломала дров – самой и разгребать.
Сердце стучит от предчувствия. Ведь это скорее всего он. А как же иначе? Кому еще нужна моя бестолковая персона. Господи, да что я выдумываю. Ему то я точно не нужна. Не знаю почему он прицепился ко мне. Распахиваю дверь в предвкушении, что сейчас увижу мужчину, показавшего мне искры и задыхаюсь от разочарования. Это не он, а я дура наделась. Господи, да что происходит в моей жизни, что я готова броситься на шею этому подонку? Он ведь лжец. Всех обманывает, думая только о своем комфорте. Лжец, мерзавец и гад.
- Настя, прекрасно, именно так я и представляла себе ваше жилище,- ледяному тону Ольги, стоящей на пороге, позавидовала бы снежная королева. Кажется, что пространство вокруг наполняется морозным студом. Интересно, чем ей не угодил подъезд дома старой постройки, в самом центре нашего огромного города. – Впустите? Или будем разговаривать в коридоре?
Я не хочу ее впускать, мне не нужны переговоры с этой женщиной. Слышу, как за спиной сопит Машка. Сопит злобно – она терпеть не может, когда кто – то, придя в гости нелестно отзывается о ее жилище. А эта пришелица еще и незваная.
- Проходите,- отступаю я в сторону, пропуская Золотовскую невесту, распространяющую вокруг запах дорогого парфюма. Тошнота тут же подскакивает к горлу. – Машуль, можно нам чаю?
- Мне не нужно,- брезгливо кривит губы Ольга Владимировна. – Разговор будет недолгим. Настя, я не знаю, что вы там себе напридумывали, но выкиньте из головы. Глеб просто привык получать то, что пожелает. По его мнению, весь этот мир, включая глупеньких дурочек, принадлежит ему. Вы просто попались под руку ну, или под... Ну сами понимаете,- противно улыбается красавица, вдруг становясь уродливой. Я аж вздрагиваю. Словно маска с нее слетает. – Я думаю, что скоро мы с вами расстанемся, вряд ли вы забеременели. И надеюсь, что после этого вы просто исчезнете из нашей с Глебом истории.
- Почему вы так уверены, что попытка ЭКО была неудачной?- спрашиваю, стараясь не показывать своего нервоза.
- Потому что наш король мира бесплоден. Его сперматозоиды не способны оплодотворить яйцеклетку. Должно случиться невероятное чудо, чтобы Золотов получил наследника. Я согласилась, потому что мой жених если вбил себе что – то в голову, то остановить его сможет только армагеддон. И то, не факт. Земля будет гибнуть, а Глеб пойдет по трупам, чтобы получить желаемое. Процент успеха, данный врачами клиники, ничтожен. Не бойтесь, деньги останутся у вас. Это прописано в договоре, если вы его, конечно, читали. Поверьте, это небольшие потери с нашей стороны. Но я пошла на это, только, чтобы жить спокойно. Глеб из тех, кто добивается своего, невзирая на жертвы. Жертва в данном случае вы, Настя. И мне вас жаль.
Мне не нужна ее жалость. Чувствую себя использованной пустой банкой. Она и Золотов – два сапога пара. Ну конечно – оба подонки, для которых я расходный материал. Смех рвет горло. Истеричный, болезненный.
- Тест все же проведем через две недели,- не обращая внимания на мою реакцию, продолжает Снежная Королева.- Чем черт не шутит. От Золотова можно ожидать чего угодно. Вторая попытка уже назначена..
- Ее не будет,- почти спокойно говорю я.
- Вот и умница. Я даже не сомневалась, что ты примешь правильное решение,- скалится красотка, бросая на комод, стоящий в Машкиной прихожей увесистый сверток. – Это за моральные страдания, и плата за удовольствие, доставленное Глебу. Он всегда платит своим бабам. Кредо такое у красавца.
- Это он передал? – задохнувшись спрашиваю я, схватив в руки тяжелый пакет.