Фактически рабочий-мексиканец, вынужденный работать почти исключительно на свекловичных плантациях, никогда не может добиться экономической независимости. Обычно рабочий может управиться с участком размером приблизительно в 10 акров, и платят ему, конечно, пропорционально обрабатываемой площади. Но так как всегда существует избыток рабочей силы, а сахарозаводчики и плантаторы требуют максимально ускоренной уборки свеклы, то средний размер участка на каждого рабочего-мексиканца постепенно уменьшается. Ныне считается, что рабочему повезло, если удалось законтрактоваться на обработку и уборку участка размером хотя бы в 6 акров. В одном из последних исследований, проведенных д-ром Роскелли в 1938 г., указано, что годовой доход целой семьи батраков свекловичных полей составляет 568,49 долл. Из этой суммы 412,46 долл. заработаны трудом непосредственно на свекловичном поле, 132 долл. составляют другие заработки, и 24,12 долл. получены в виде общественных вспомоществований. Но так как рабочие-мексиканцы отличаются многосемейностью, то весьма сомнительно, чтобы их доходы составляли более 70 долл. в год на каждого работника. Совершенно очевидно, что с таким заработком добиться экономической независимости невозможно. Действительность подтверждает, что эти рабочие никогда в прошлом не обладали экономической независимостью, как они не обладают ею и сейчас. С 1922 по 1930 г. число мексиканских семей, оседавших в Колорадо после окончания каждого сельскохозяйственного сезона, постепенно возрастало. И каждую зиму этим семьям приходилось обращаться за помощью к источникам частной благотворительности. Так, зимой 1927 г. насчитывалось 2038 семей, лишенных средств к существованию. Во всех этих отчетах, подготовленных Томасом Магони из Лонгмонтона (штат Колорадо), подчеркивается все увеличивающаяся нищета среди мексиканских батраков, работающих на свекловичных полях, ужасающие жилищные условия, плохое медицинское обслуживание и гнусная социальная дискриминация. Магони установил, что в то время как колорадские власти тщательно следят за состоянием хлевов для скота, они никакого внимания не обращают на жилищные условия 25 тыс. мексиканских батраков. Даже и теперь в многочисленных городках свекловодческого района мексиканцу не разрешено входить в рестораны или парикмахерские. Повсюду бросаются в глаза специальные объявления — «Только для белых».
Вследствие существующей в этих районах системы оплаты чиновников из местных доходов судебные и полицейские работники облагают мексиканцев всевозможными поборами, чтобы обеспечить себя заработной платой. Практика эта зашла настолько далеко, что местная коллегия адвокатов города Пуэбло выступила с заявлением, резко осуждающим подобные методы.
Хотя подавляющее большинство рабочих мексиканцев в Колорадо исповедует католицизм, не более 10 % связаны с церковью. Труд на свекловичных плантациях строится почти исключительно на основе контрактации всей семьи рабочего. Редко встретишь на полях человека, который работал бы в одиночку. Там, где существует эта система, труд женщин и детей эксплоатируется бесплатно. Магони установил в 1929 г., что вопреки законам штата 5 тыс. мексиканских детей не посещали школу. Половина семей батраков ютилась в однокомнатных или двухкомнатных лачугах по 5, 6, 7, 9 и даже 11 человек в одной комнате. Детская смертность среди мексиканцев в Колорадо с 1920 по 1930 г. достигла ужасающих размеров. В одном из отчетов указывалось, что в 187 семьях умерло 443 ребенка. В отчете, охватывавшем данные по Арканзасской долине за 1930 г., указывалось, что обследованная группа в составе 140 семей потеряла 308 детей. Частные благотворительные организации, например «Католическое благотворительное общество города Денвер», сообщали, что уже с 1922 г. им приходится нести бремя помощи семьям мексиканских батраков в зимние месяцы. Подобные условия возникли в Колорадо с тех пор, как там появились мексиканские батраки со своими семьями, причем в настоящее время положение нисколько не лучше, чем в 1920 г.
