Вот только воспоминаниями о том, как закончилась наша последняя встреча до сих пор можно мыть пол – настолько хочется рыдать от них. Кажется, он что-то сказал о том, что мы должны быть друзьями. Что это Сен-Жермен приказал ему влюбить в себя Рубин, чтобы им было легче управлять мною. Черта с два! Вместо этого я попросту исчезла в восемнадцатом столетии. Гениально, Гвендолин. Появилась тут неоткуда, заявила, что путешествуешь во времени, вышла замуж…
Бенедикт!
Имя вновь словно разбудило меня от иллюзий. Гидеон исчез уже давно, а Бенедикт так и не объявился. Страх, поднимающийся от пяток, тут же поднял меня на ноги. Я ломанулась в сторону его кабинета, но там никого не оказалось. Слава богу, по пути мне попался мажордом.
- Хозяин в галерее, миледи.
Даже не поблагодарив его, я тут же подхватила юбки и кинулась в сторону галереи. Он и вправду сидел там, на маленькой софе, обитой зеленым бархатом – за что я дико ненавидела эту комнату вместе со всеми картинами. Вид у Бенедикта был отстраненный – он был похож на изящную скульптуру, застывшую во времени. И это привело меня в ужас. О чем он думал? Что будет теперь с нами?
- Бенедикт, - я осторожно приблизилась к софе и уселась рядом с ним, смотря, однако, себе на руки, словно там вот-вот должно было появиться решение всех моих проблем. Только в голову лезли ужасные видения из подвалов Аластера и ничего не понимающее лицо Бенедикта, увидевшего меня вместе с Гидеоном.
- Я думал, ты уже ушла, - неожиданно сказал он. Слишком равнодушно, на мой взгляд. Наигранно.
- Куда же я уйду? – спросила я в ответ. Слишком удивленно. Фальшиво вышло.
- Туда, куда я за тобой последовать не смогу.
Но было бы так прекрасно, если бы он мог. Как много ему нужно было увидеть, как много узнать!
Лгунья. Я все-таки лгунья.
- Как хорошо, что я могу следовать туда, куда идешь ты, - я взяла его руки в свои и постаралась улыбнуться так ободряюще, насколько могла. Но получился скорее оскал, поэтому я просто вздохнула, пока он внимательно следил за мной своими изумительными черными глазами.
- Я ведь говорила - не выбирай в жены путешественницу во времени. С нами одна морока.
И наконец-то он улыбнулся мне в ответ.
- Нужно было предупреждать прежде, чем я женился на той женщине, которую безумно люблю.
И видел Бог, мне хотелось сказать ему то же самое!
Если бы только в моих снах его глаза не меняли цвет на зеленые. И передо мной не стоял человек, который манил меня к себе так же сильно, как и год назад. Человек, который, однако, собирался быть мне только другом.
- Что ты теперь собираешься делать? – продолжил он, понимая, что я не смогу ответить ему на его признание. Он давно смирился. Я все-таки монстр. Неисправимый.
Конечно же, в голову ему шли лишь те образы, когда я собираю вещи и говорю ему «прощай». Почему-то на этом моменте мне представлялось, что я сажусь на самолет, а он ждет меня по ту сторону стекла и понимает, что я никогда не прилечу обратно. Или же, как я машу ему с трапа Титаника, которому суждено потонуть. Только в этой истории он – моя Роза. А я Джек, что собирается утонуть в ледяном царстве.
Итак, что я собиралась делать?
Наверное, вид. Буду делать вид, что ничего не менялось.
- Пожалуй, для начала пошлю за мадам Деверо, - серьезно начала я, выравнивая спину и принимая на себя важный вид графини, - Ну, или мы, конечно же, можем устроить суаре в стиле 21-ого века. Напьемся, плюнем на гостей и пойдем тусить в ближайшую таверну. Как тебе? – я легонько толкнула его плечом и, вылупив глаза, смотрела на него так, словно только что придумала самый гениальный заговор за всю историю вечеринок.
- И тогда весь Лондон узнает о том, что я женился на ненормальной, - усмехнулся он в ответ. Мои попытки увенчались успехом, его глаза вновь загорелись, но вот только на пару секунд. Словно кто-то зашел в комнату, включил свет, а потом вспомнил, что ему там делать особо нечего, развернулся, выключил свет и ушел.
- Почему он называл тебя «Гвен»?
Черт! Я совсем об этом забыла. И, конечно же, перед тем как дать ответ, заколебалась. Может, я и лгунья, но все-таки не идеальная. В покер мне точно не выиграть. Флеш-рояль над фул-хаусом – деньги на стол.
- Это мое второе имя. Гвендолин. Но только - тсс… - я приложила указательный палец к губам, - Иначе набегут завистники. Уверена, в глубине душе ты тоже один из тех, кто мечтает, что бы его назвали «Гвендолин».
Я добилась своего! Бенедикт рассмеялся. Натянуто, не так легко, как обычно. Но все-таки смеялся. А значит, моя битва еще не было проиграна.
- Ты раскрыла мой секрет.
- О, это все жадный блеск в твоих глазах. Он тебя выдал.
- Ты неисправима, жемчужина.
Да, неисправима. Казалось бы, что такого сложного в том, что мне нужно было остановиться? Просто больше не передвигать ноги. Не двигать руками. Не думать.
Не ждать. Не надеяться. И не дышать…
