Не смеялась и не пела,Целый день молчала,А всего с тобой хотелаС самого начала:Беззаботной первой ссоры,Полной светлых бредней,И безмолвной, черствой, скоройТрапезы последней.1959<p>6. Последняя</p>Услаждала бредами,Пением могил.Наделяла бедамиСвыше всяких сил.Занавес неподнятый,Хоровод теней, —Оттого и отнятыйБыл мне всех родней.Это все поведаноСамой глуби роз.Но забыть мне не даноВкус вчерашних слез.24 января 1964<p>Венок мертвым</p><p>I. Учитель</p>
Памяти Иннокентия Анненского
А тот, кого учителем считаю,Как тень прошел и тени не оставил,Весь яд впитал, всю эту одурь выпил,И славы ждал, и славы не дождался,Кто был предвестьем, предзнаменованьемВсего, что с нами после совершилось,Всех пожалел, во всех вдохнул томленье —И задохнулся…1945<p>II. «De profundis… Мое поколенье…»</p>De profundis[14]… Мое поколеньеМало меду вкусило. И вотТолько ветер гудит в отдаленье,Только память о мертвых поет.Наше было не кончено дело,Наши были часы сочтены,До желанного водораздела,До вершины великой весны,До неистового цветеньяОставалось лишь раз вздохнуть…Две войны, мое поколенье,Освещали твой страшный путь.23 марта 1944, Ташкент<p>III. «Всё это разгадаешь ты один…»</p>
Б. Пильняку
Всё это разгадаешь ты один…Когда бессонный мрак вокруг клокочет,Тот солнечный, тот ландышевый клинВрывается во тьму декабрьской ночи.И по тропинке я к тебе иду,И ты смеешься беззаботным смехом,Но хвойный лес и камыши в прудуОтветствуют каким-то странным эхом…О, если этим мертвого бужу,Прости меня, я не могу иначе:Я о тебе, как о своем, тужуИ каждому завидую, кто плачет,Кто может плакать в этот страшный часО тех, кто там лежит на дне оврага…Но выкипела, не дойдя до глаз,Глаза мои не освежила влага.1938<p>IV. «Я над ними склонюсь, как над чашей…»</p>
О. Мандельштаму
Я над ними склонюсь, как над чашей,В них заветных заметок не счесть —Окровавленной юности нашейЭто черная нежная весть.Тем же воздухом, так же над безднойЯ дышала когда-то в ночи,В той ночи и пустой и железной,Где напрасно зови и кричи.О, как пряно дыханье гвоздики,Мне когда-то приснившейся там, —Это кружатся Эвридики,Бык Европу везет по волнам.Это наши проносятся тениНад Невой, над Невой, над Невой,Это плещет Нева о ступени,Это пропуск в бессмертие твой.Это ключики от квартиры,О которой теперь ни гу-гу…Это голос таинственной лиры,На загробном гостящей лугу.5 июля 1957, Комарово<p>V. Поздний ответ</p>Белорученька моя, чернокнижница…М. Ц.
