– Понимаешь, гомеопатия в России стоит рубль, а если эти травки сертифицировать по нормам ЕС, они станут золотыми! Дороже женьшеня! Вот и приходится самостоятельно выкручиваться. Снабжаю друзей и знакомых пенсионеров. Так сказать, в индивидуйном порядке. Тут ещё и случай особый, онкология, надо срочно. Неудобно, правда, к девяти вечера, к отходу поезда переться на Рижский вокзал.
– А ты днем сгоняй, в отстойник. Спокойно договорись.
– Светлая идея!
– Я всегда так делаю. Там же вечно менты у поезда встречают-провожают, в сумки нос суют!
– Я так и сделаю. Спасибо за ценную подсказку.
Виталий налил Пальме кефира, она радостно загремела миской, вылизывая утреннюю порцию.
Сергей развесил для просушки влажные полотенца на верёвке над кроватями. Надел спортивные брюки. Парфюмом грудь омочил. Тёплую куртку домашнюю накинул. Присел к компьютеру. Кашу, разбухшую и чуть остывшую уже, размешал. Почту открыл. Дочка прислала серию свежих фотографий с маленькой внучкой. Большие синие, мамины глаза, а лицом – вылитый зять с детской его фотографии. Только, конечно, в девчоночьем варианте. Машинально ел кашу, любовался красавицей-внучкой:
– Какой… одуван пушистый! А глаза-то, глаза – все озёра Ирландии на двоих с мамой!
Запахло свежим кофе. Виталий принёс свою чашку, тоже к компьютеру подсел, ложечкой звякал. Сделал первый глоток с явным удовольствием и тотчас же закурил тонкую пахитоску. Бодрость будто из воздуха пролилась. Сергей почувствовал себя уютно. День только начинался, усталость ещё не накопилась.
Сходил, вымыл чашку, ложку. В рабочее время он мог бы выкроить время и написать письмо, но он не хотел отвлекаться и занимался этим только вечерами или в выходные дни. Главной же заботой Сергея было собрать архив и передать внучке, чтобы, когда вырастет, могла бы узнать, о чём они думали, какими мыслями делились и что волновало самых близких для неё людей. И самая большая мечта – составить генеалогическое древо пёстрой родни с обеих сторон.
Он улыбался и писал письмо.