Мужчина выходит из допросной, оставляя меня одну. Проходит минут десять, никакого движения. Я всё так же сижу за стеклянным столом, а напротив меня пустой стул.
От долгого пребывания в стенах учреждения СБР мозг сигнализирует о необходимости посетить уборную комнату. Начинаю активно ёрзать на стуле. Спустя ещё пятнадцать минут раздаётся щелчок и в комнату возвращается мой несостоявшийся убийца.
Вектор занимает место напротив меня. Его хмурый взгляд не сулит ничего хорошего. Да я и сама знаю, что влипла. Добегалась, так сказать.
– Мне нужно в туалет, – не выдерживаю я.
Мужчина кидает на меня взгляд исподлобья, сцепляя руки в замок.
– Что ещё тебе нужно? – смотрит с прищуром.
Вектор настроен враждебно. Каждая клеточка моей души кричит об этом. Спасения ждать не от кого. От бессилия снова хочется плакать. Только я не даю волю слезам, как и в прошлый раз, я глотаю обиду, рвущуюся из груди. Нужно быть сильной девочкой. Только как быть сильной, если жизнь каждый раз ставит новые подножки?! Видимо, действительно, от судьбы не уйдёшь.
– Но, мне правда нужно! – вглядываюсь в глаза мужчины.
Отчаяние охватывает меня.
Вектор встаёт со своего места.
– Пойдем, – сжалился надо мной.
Мы выходим из допросной комнаты.
– Иди вперёд, – направляет мой конвоир.
Мои руки всё ещё скреплены наручниками. Несмотря на ситуацию, отмечаю, что здание выглядит современно, как внутри, так и снаружи. Мы идём по узкому коридору со встроенными светильниками под потолком. Матовые тёмные двери с металлическими ручками, которые встречаются на нашем пути, выглядят не менее солидно.
– Налево, – командует мужчина.
Поворачиваю, напрягая зрение. Из-за постоянного бегства от государства я не успела приобрести так нужные моим глазам очки. А делать операцию мне просто не по карману. Поэтому и приходится постоянно щуриться. Вот и сейчас я пытаюсь рассмотреть таблички, чтобы определить, за какой дверью находится женский туалет.
– Ты хочешь пойти в мужской? – слышу вопрос за спиной, когда подхожу к левой двери.
Резко останавливаюсь, направляясь к соседней комнате. Разворачиваюсь лицом к Вектору, вытягивая руки вперёд.
– Вы снимете наручники? – спрашиваю с надеждой.
Сейчас я ни в чём не уверена, поэтому не удивляюсь, когда слышу отказ на свою просьбу.
– Проходи, – передо мной распахивается дверь, впуская меня.
Захожу в комнату, а следом за мной идёт мужчина. Поворачиваюсь в недоумении.
– Ты думала, я тебя оставлю одну? Даже не надейся.
Мда, ситуация ещё хуже, чем я предполагала.
Направляюсь к одной из кабинок, когда раздаётся приказ:
– Дверь оставь открытой.
В шоке замираю на секунду, прокручивая в голове сказанное.
– Но…
– Не стесняйся, в тюремных камерах нет отдельных комнат для туалета, так что привыкай, – холодно бросает Вектор.
Не могу ничего возразить мужчине. Видимо, пока мне будут выносить смертный приговор, придётся находиться в тюрьме.
«А чего ты собственно ожидала, Аня? Что тебя поселят в шикарные апартаменты с видом на море?», – шепчет внутренний голос.
Море. Я никогда не была на море. Видела только на фотографиях. Несмотря на многочисленные разъезды, связанные с прошлой работой, до моря так и не доехала.
Все эти мысли пролетают, пока тяну время. Внутренние барьеры не дают мне возможности сходить в туалет перед посторонним человеке, тем более, если это мужчина. Вот сейчас самое время расплакаться. Больше моих сил нет, слёзы срываются с глаз, рисуя мокрые дорожки на щеках. Хлюпаю носом.
– Блять! Даю минуту, – басит мужчина, покидая помещение.
Не медля, бегу в кабинку, закрывая дверь. Поток слёз не прекращается, но времени мало. Поэтому я сижу на унитазе, заливаясь слезами. Ситуация одновременно смешная и грустная. Да, такое только со мной могло произойти.
Всё же как мало нужно человеку для счастья!
Уже натягиваю обратно брюки, как в дверь кабинки раздаётся стук:
– Долго ждать?
А я злюсь. Из-за скованных рук быстрее не получается.
– Анна? – слышу грозный рык.
– Я всё, – открываю дверь перед носом мужчины.
Его взгляд вновь сканирует меня.
– Идём.
– Можно руки помыть? – робко спрашиваю.
Мне следовало сделать это ещё до похода в туалет, но тогда мои мысли были заняты другим. Что ж, лучше поздно, чем никогда.
Мужчина одобрительно кивает, и я направляюсь к крану. Тёплая вода раздражает рассечённую об асфальт кожу рук, от чего не сдерживаю шипения.
Вектор замечает мои муки, но ничего не говорит.
Молча направляемся обратно в допросную, занимая места согласно купленным билетам.
– Меня убьют? – задаю так волнующий меня вопрос.
– Кто тебе это сказал?
– Но как же, всех убивают, – опускаю взгляд на свои сомкнутые руки, лежащие на коленях.
Только сейчас замечаю, что ткань тёмных брюк стёрта в районе колен. Ах, да, я же успела повалятся на асфальте.
– Всё не так просто. Бывают и оправданные, – слышу слова, которые удивляют.
– Но…
– Правительство вносит коррективы. Всё зависит от твоего прошлого. Если ты преступник, за плечами которого не одно убийства, то тогда безоговорочно – смерть. – Ты убивала? – спрашивает мужчина.
– Нет, – спешу оправдать себя.
– А хотела? – мы оба понимает, о чём говорит Вектор.
– Я…я…
