Завязки на платье поддавались с трудом, а потому пришлось их просто порвать, чтобы добраться до желанного тела.
Оказавшись полностью нагой передо мной, Ева покраснела, но закрываться не стала, за что получила мою одобрительную улыбку полную предвкушения.
— Раздвинь шире ножки, — прошептал я, наклоняясь вперёд. Ева послушно сделала, как я сказал и затаила дыхание.
Смазка поблескивала, и я удобно устроившись между ног провел языком несколько раз, слыша, как тяжело задышала малышка от таких ласк, присоединил пальцы, выбивая стоны, заставляя Еву терять контроль, и самой насаживаться в погоне за удовольствием. Ещё несколько раз толкнулся пальцами внутрь и малышка гортанно вскрикнула, судорожно сокращаясь.
Пока волны оргазма накрывали тело девушки, я приподнялся на локтях и навис над ней. Не в силах больше противиться возбуждению, направил член в горячее, влажное лоно и стал медленно входить, сцепив зубы, и контролируя себя из последних сил. Хотелось ворваться и начать вбиваться со всей страстью, но пока можно только так, аккуратно и нежно.
Ева почувствовав проникновение вся сжалась, впивая свои ногти мне в спину.
— Больно? — хрипло спросил с трудом узнавая свой голос.
— Нет, но…дай секунду, — ответила Ева, глубоко дыша.
Я с беспокойством посмотрел на неё, поволока удовольствия во взгляде пропала, но и слез не было, чего я опасался. Губы плотно сомкнуты, а между бровей пролегла неглубокая складка. Нет, так не пойдёт.
Протянул руку между нашими телами и стал нежно, круговыми движениями поглаживать клитор, отвлекая от дискомфорта.
— Вот так малышка, расслабься, сейчас боль пройдёт, — шептал ей, целуя лицо и шею.
Сделал одно движение, второе, продолжая поглаживания, пока Ева не стала расслабляться. Она была создана для меня, под меня. Идеальная.
Толчки становились все глубже и вот уже сама малышка постанывает, поддерживая ритм и обхватив ногами мой торс. Было понятно, что в свой первый раз она не сможет кончить, ведь боль до конца никуда не делась, но по крайне мере частичку удовольствия от близости получала и она. Я же вообще был в персональном раю.
Оргазм накрыл неожиданно, но ярко и мощно, как никогда раньше. Как будто переродился заново. Никогда, ни с одной женщиной такого не было.
— Я люблю тебя, — в который раз прошептал Еве, притягивая к себе на грудь. Моё сердце гулко билось в груди, а на лице расцвела широкая улыбка.
— Мне надо помыться, — смущённо завозилась на мне малышка, отчего возбуждение опять пронзило тело, но я стоически проигнорировал его. Еве надо восстановиться и отдохнуть.
— Я сам тебя вымою, — тоном, не терпящим возражений ответил ей. Выхватывая взглядом небольшое красное пятно, как символ, что мы окончательно стали мужем и женой. Что-то в груди довольно заворочалось от этой картины. Нечто первобытное, звериное, и демон побери, я никогда не был так счастлив.
38.1
Ева
Утро встретило хмурым свинцовым небом и лёгкой тянущей болью внизу живота. Ник вчера действительно вымыл меня, хотя это было больше похоже на прелюдия, а потом самолично застирал пятно крови на простыне, бурча, что такие подробности нашей с ним личной жизни обитателям дворца ни к чему. И с этим я была абсолютно согласна. Правда ему же самому потом и пришлось спать на мокрой стороне.
Не смогла сдержать улыбки, вспоминая вчерашнюю ночь, Ник был нежным, аккуратным, страстным. Конечно, он сдерживался и я за это была ему бесконечно благодарна. К слову о Нике, утром в постели его не оказалось.
Я помнила, что он согласился переговорить с королём и видимо как раз этим и был занят.
К моменту прихода Ника я успела умыться, одеться в повседневное платье из предоставленного гардероба и самостоятельно сделать простую причёску, так как сегодня никакие служанки и горничные в покои не заходили.
Муж обжог меня, своим взглядом, обласкав глазами каждый миллиметр тела. Кровь прилила к лицу, но я не стала смущённо отодвигаться, а наоборот привстала на цыпочки и первая поцеловала в губы.
— Какое доброе утро, — довольно протянул Ник, и тут же сграбастал в свои медвежьи объятия, но я ловко вывернулась и уже серьёзно спросила.
— Ты был у короля?
— Да, — немного нахмурившись ответил наследник. — Он вначале даже не поверил, точнее, не хотел верить. Но быстрая ревизия сокровищницы и внезапный отъезд советника из дворца не оставили шансов на сомнения. И ещё кое-что… — Ник резко замолчал, как будто не уверенный, что стоит продолжать.
— Говори. Не надо ничего от меня скрывать.
— Выяснилось, что у одной из служанок, которая должна была прийти к тебе утром, был порошок забвения. Как сама понимаешь он предназначался тебе и передала его служанке принцесса. К счастью разговор подслушала вторая горничная и доложила королю. С самого утра идут разбирательства, принцессу закрыли в личных покоях. К ней никого не пускают. Это можно считать покушением, Карлос Седьмой в ярости, ведь за такой проступок на него Рулад может и войной пойти, или заставить выдать приступницу, чтобы судить по своим законам, а наказание за такое одно — смерть. Большая удача, что тебе ничего не успели подсыпать.
