Оставив попытки разгадать эту загадку до лучших времен, я поклонился обеим дамам, раскинувшимся на своих диванчиках в весьма расслабленных позах. Видимо сказывалось влияние выпитого вина. Обе были в платьях того фасона, который был бы более уместен на балу. Гладкая белая атласная кожа оголенных плеч, голые руки и груди, выставленные на показ, производили сильное впечатление. И ничего что шириной плеч Марианна почти вдвое превосходила Лили. Зато бюст магессы был вне конкуренции.
По правилам моей внутренней техники безопасности ни в ком случае не следовало сосредотачиваться на ком-либо одной. Нельзя было долго разглядывать ни внушительный бюст Лили, ни широкие плечи Марианны, восхищаясь тем, как эти плечи сочетаются с совсем не борцовской шеей и тонкими чертами лица герцогини. Женщины не любят, когда в их присутствии твое внимание направлено на кого-то еще, а не на нее. Марианна конечно управляет ошейником и может устроить мне веселую жизнь здесь и сейчас, но пренебрегать магессой тоже не следовало. Здесь и сейчас мне, конечно, ничего не будет за невнимание к магессе, но потом, вечером...
Вот и крутил я головой, демонстрируя восхищение двумя красавицами от которых зависело мое спокойствие и сама моя жизнь, конечно не забыв низко поклониться.
- Я позвала тебя, Марк, чтобы поблагодарить за то, что два мерзавца, планировавшие покушение на меня, уже ничего такого больше не спланируют. Я буду помнить об этом, и награда тебе обязательно будет. Какая именно я пока не знаю, но тебе понравится...
Я аж застыл от этих слов и тут же мое лицо, и всё согнутое в поклоне тело застыло, всем своим видом спрашивая.
- А как же освобождение от ошейника? Ведь обещано же было?
Но Марианна и без слов поняла, что я хотел спросить и опередила меня.
- А ошейник остаётся у тебя на шее! Уж извини, но у нас с тобой была договоренность. Ты устраняешь ВСЕХ покушавшихся на меня, и после этого я освобождаю тебя. Так?
Я лишь покорно кивнул, уже понимая, чему так радовалась Марианна, увидев меня.
- Вот! Двое вне игры! Это так. Но самая главная, та, которая отдавала приказы, жива, здорова и как выяснилось, стала еще опаснее, поскольку обзавелась влиянием на мужа.
- То есть для того, чтобы заслужить свободу я должен убить эту нехорошую женщину?
- Нет, - с видимым сожалением ответила мне Марианна.- Этого делать никак нельзя. Ты при этом почти наверняка погибнешь, а маги могут вычислить к кому был привязан мифриловый ошейник. А тайная служба, скорее всего и без всякой магии выяснит, кому ты принадлежал. И у меня будут неприятности. Большие. Так что убивать ее нельзя, но тогда получается и освобождать тебя не за что. Условия договора ведь ты не выполнил!
Я скрипнул зубами от злости, но промолчал. Сказать было нечего.
"Всё так и есть. Обидно, что всё сорвалось. Ведь почти выполнил требуемое. Придется ждать возможности совершить новый подвиг ради этой...", - я метнул недружелюбный взгляд на чрезвычайно довольную собой герцогиню, в котором на сей раз, не было ни грамма восхищения.
- О! Я придумала, как тебя наградить! - вдруг воскликнула Марианна и словно девочка захлопала в ладоши. - Раз у тебя так хорошо получается справляться с разными плохими господами, то я повышаю твой статус до уровня моего телохранителя. Наш фамильный меч будет теперь твой на законном основании! Здорово я придумала?
- Я просто счастлив, - замогильным голосом сообщил я Марианне.
- Очень правильное решение Марианна! - поддержала свою госпожу Лили, поигрывая пустым золотым кубком. Если она этим самым намекала мне, что я должен бы поухаживать за ней, налив ей вина, то не дождется. Нет настроения совершенно. И даже прелести обеих дам как-то разом резко потускнели и никаких игривых мыслей больше не вызывали...
- Вот видишь, как всё прекрасно устроилось. А теперь налей нам вина, видишь кубки у нас пустые и можешь быть свободен.
- Я теперь телохранитель, а не слуга. Мне не положено! - буркнул я и сделал шаг к двери.
Улыбка на лице Марианны стал еще шире.
- В обязанности телохранителя входит забота о подопечной, а не только защита ее с мечом в руке, - сообщила она мне бархатным голосом.
Деваться мне было некуда. Я наполнил оба кубка до верха, поклонился с чрезмерным усердием и, направляясь к двери, мог быть доволен лишь одним. Мне удалось взглянуть с близкого расстояния в глаза Марианны и довести до нее свою крайнюю нелюбовь к ней в данный момент.
Но это я так, потешил самолюбие. Плохо было то, что мое освобождение отодвигалось на неопределенный срок.
***
Королева Мария с раздражением посмотрела на Азарота. Опять он возражает, опять сомневается во всем, не предлагая ничего взамен. После провала попытки ликвидации главной магессы де Бофоров, Азарота словно подменили. Куда подевался тот азартный, честолюбивый, энергичный человек, с которым Мария начинала свое предприятие.