Я, придерживая болтающийся меч, метнулся к столу и торопливо наполнил пустой бокал герцогини из первой попавшейся бутылки. Даже маловероятная возможность очутиться в постели Марианны меня приводила в ужас. Ведь в случае успеха на этом поприще (а схалтурить мне не позволил бы ошейник!), вероятность освободиться от ошейника и без того значительно уменьшившаяся в последнее время, устремилась бы к нулю.
В связи с необходимостью постоянно торчать около Марианны моя жизнь доселе спокойная, расслабленная изменилась. Никакого чтения книг, никакого расслабленного времяпрепровождения с Лили, Натали и Сабриной днем, никаких вечерних посиделок в компании слуг. С утра и до самого вечера только Марианна в больших дозах. Причем меня больше всего пугало ни с того ни с сего резко поменявшееся ко мне отношение Ее Светлости. Ни следа недовольства, раздражения моим видом не было и даже гоняя меня, как и всякого слугу по своим поручениям, она делала это с улыбкой, без малейших следов злорадства.
Большой весенний королевский бал, один из четырех `сезонных` балов, на которых обязана была присутствовать исконная знать Рангуна от барона и выше, так и приравненные к знати маги и магессы от магистра и выше, завершался. Был вечер третьего и последнего дня бала. Балом, правда, с моей точки зрения сие действо можно было назвать с большой натяжкой. По сути это была непрерывная череда развлечений. Фейерверки, танцы, маскарады, столы, ломящиеся от обилия изысканных яств и другие столы, игорные, с кучами золота в центре...
Приглашенные, особенно провинциалы, гуляли добросовестно, с энтузиазмом и казалось, не спали вовсе.
Мне всё это было не очень интересно. В моей памяти хранилось немало подобных балов и особого желания обрести воспоминания от еще одного королевского бала у меня не было. Впрочем, строго говоря, в самих празднествах я не участвовал, хотя и присутствовал, в качестве телохранителя Марианны. На самОй великосветской тусовке незаметную охрану обеспечивала Лили, а при переходах внутри дворца и выходах наружу, уже я с прикрепленными амазонками. Да еще дежурил под дверями королевской опочивальни, где за трое суток бала немало времени провела Марианна.
Да, именно так и обстояло дело. Золтан внезапно бросил свою нынешнюю пассию, юную баронессу де Маржи и снова воспылал неземной страстью к своей предыдущей фаворитке герцогине де Бофор. Из-за боязни потерять внезапно обретенное внимание монарха, Марианна напрочь забыла о своем прежнем месте жительства и кажется, окончательно переехала в королевский дворец. А конкретно, в королевскую спальню.
Вот около белых с золотом огромных двустворчатых дверей этой самой спальни я и нес свою нелегкую службу. Нелегкую, потому, что спал урывками. Марианна тоже спала урывками, но выглядела на диво привлекательно. Впрочем, она ведь женщина, а у женщин на такое времяпрепровождение всегда сил имеется больше, чем у самых тренированных мужчин. Тем более, что это был не какой-нибудь там Оливье, а сам король, Его Величество Золтан Второй, пусть и немного постаревший. Стоило постараться. Самое интересное, что Золтан тоже выглядел, как огурчик.
"Интересно, а он-то с чего такой оживленный? - думал я, зевая около внушительных дверей королевской спальни. - А может вся его живость и энергия, искусственные и объясняются лишь хорошей работой королевских алхимиков и качеством изготовляемых ими эликсиров?"
Вместе со мной на пуфике устроилась и Лили, выглядевшая тоже утомленной и бледной от недосыпа.
Зато остальные участники бдений под дверями королевской опочивальни, а их было помимо нас с Лили немало, выглядели очень бодрыми, что объяснялось тем, что они постоянно менялись.
Дворцовые гвардейцы, торчавшие на страже около самых дверей, набираемые из не наследных отпрысков знатных семей менялись достаточно часто. Амазонки, прогуливавшиеся по коридору, тоже несли охрану не беспрерывно. Компания магов вообще расположилась здесь с удобствами в виде стола с напитками и закусками.
Время близилось к полуночи, когда Золтан в сопровождении Марианны в очередной раз посетил свою спальню. И все немедленно устроившие бивак под дверями королевской спальни надеялись, что Его Величество намеривается здесь заночевать, а не отправится, закончив дело с герцогиней де Бофор, снова зажигать на бал.