Прекрасная русская библиотека, раритетные издания нача-
ла прошлого века. Дама говорит на прекрасном русском языке, она умна, подвижна, элегантна. Её муж когда-то был главным
архитектором Тель-Авива. В доме всюду его присутствие пор-
треты, книги, памятные вещи. Мы мило общаемся, я рассказы-
ваю ей про её сестру, раскладываю фотографии, передаю пись-
ма... Но она не понимает, ЧЕГО я от неё хочу?.. Да, она знает о
семье дорогой Адочки, но дальше-то что? «Неужели Адочка
решится приехать? Это было бы непростительной ошибкой, ведь
там у неё есть квартира, а в Израиле она будет без своего угла...
Не хватает пенсии? Ну а в Израиле это тоже копейки... Не хва-
тает на еду? Ах, какая страшная жизнь... Но мы тоже тут жили
по-разному...». Она вежливо пригласила меня на обед, считая, что разговор закончен. И была очень удивлена, что я спешу и не
смогу разделить с ней трапезу. Мы попрощались, ко мне лично
никаких вопросов не было, я была ей не интересна. Я помню, с
каким чувством досады и непонимания я вскочила в машину, в
такой мерзкой ситуации я оказалась впервые.
87
Ирина Цыпина
Включила зажигание и в стоп-кадре моей памяти осталась
еще одна картинка израильской действительности: сияющая рос-
кошная вилла, одинокая старуха-миллионерша, охраняющая свою
частную жизнь, не желающая помнить родства, закрытая и хо-
лодная даже для близких по крови. А ведь это не жадность, не
скупость, это значительно опасней и страшней. Это БЕЗРАЗ-
ЛИЧИЕ к ближнему, безразличие к слабому, который нуждает-
ся в тебе.
P.S.
В Израиле существует служба розыска родных и близких.
Вам дадут номер телефона людей, которых Вы ищете, но
предупредят, что адрес дать не могут, т.к. не знают: захотят ли
ваши родственники или друзья с вами встретиться? Логично, если забыть всё, на чем мы воспитаны, если отключить мораль
и чувства, если
Парадокс № 2
Наши дети учились в одном классе. И тогда Она только де-
лала докторат в американском университете, кажется, по фило-
софии. Её муж был крупным израильским бизнесменом, владе-
ющим международным бизнесом. Тогда Она еще не была в по-
литике и не была такой известной на израильском небосклоне
«богатых и знаменитых». Мы были в стране всего несколько
месяцев, и Она пригласила нас к себе на Праздник Ханука. Дети, как и положено, веселились, ну а взрослые общались за чашкой
горячего, крепкого кофе. Она держала речь, говорила ярко и много, страстно жестикулируя и играя. Наверное, уже тогда Она меч-
тала о политической карьере, но сейчас не об этом. Суть её
речи сводилась к тому, что она не расистка, что для неё все равны
и русские, и эфиопы, и сабры (коренные жители страны).
«Репатриантам русским и эфиопам надо помочь войти в
Израиль, войти в культуру, в язык, в общество. Ведь они из сла-
боразвитых стран, у них комплексы, они не знают даже азов
88
Бегство из рая
демократии, их надо учить, как детей». Она посоветовала нам с
мужем идти на любую работу (даже не поинтересовавшись на-
шей профессией), ведь при демократии все равны! Рефреном
звучала фраза: «Русские и эфиопы...»
Непонятное тождество, знак равенства без вопросов.
Но не удивляйтесь, её мама, как оказалось, знает русский
язык и рождена в маленьком местечке под Бобруйском, но об
этом никому, почти семейная тайна.
Родословная из бедной страны не украшает имидж.
Парадокс № 3
Совершенно случайно сразу после ульпана я устроилась в
русскую еженедельную газету. Газета была посвящена вопро-
сам Алии и абсорбции: социальные проблемы, советы адвока-
тов, примеры завоевания «места под израильским солнцем». Мне
запомнилось интервью с одной русскоязычной дамой, женой из-
вестного правозащитника, покинувшей Россию в 70-е. Она со-
здала курсы для женщин Алии 90-х и была этим очень горда.
Это были курсы по уборке квартир научить, как грамотно уби-
рать квартиру, какими химикатами надо пользоваться, какой
порошок годится для стирки, а какой для чистки ванны или уни-
таза. Я тогда пришла в шок. Отрезвление приходит не сразу.
Конечно, концепция любой эмиграции это перераспределе-
ние функций: местные жители хотят себя оградить от тяжелой
физической работы и переложить её на покорные плечи вновь
прибывших. Израиль построил такую же прагматичную модель, как и другие, принимающие иммигрантов страны, «без санти-
ментов».
А сохранить себя и не прогнуться это уже для каждого
своя драма, свой сценарий и свои итоги.
Вспомните фразу: «Боги это люди, которые смогли...», и я
горжусь очень многими «нашими», которые смогли.
89
Ирина Цыпина
English Class
В Израиле отдельный класс это англоязычные евреи, ко-
торых принимают, как представителей страны-спонсора.
У них возможности карьерного роста порой выше, чем у
местных сабр. Ими занимаются специальные американские
центры и представительства, им находят работу в хайтеке, они, как правило, играют в сионизм, и если не религиозны, то при
обострении политической ситуации возвращаются в Америку.
Часто они не очень сильные специалисты, которые по каким-
то причинам в Америке не преуспели. Совсем другое дело это
американские религиозные евреи, фанатики Израиля и
еврейс-
