— Да хватит тебе возиться с этим пустомелей, Гарри, — нетерпеливо перебил Олессон. — Пусть делают что хотят, лишь бы нам не надоедали. Пусть себе на здоровье занимаются своими «исследованиями». Все равно ничего не узнают.
— Да я не против, — ответил Клейн, обращаясь к Ринарку, будто он и не слышал, что сказал ему Олессон. — Только мне и самому мало что известно. Так что же вы хотите узнать?
— Ну, для начала, расскажите мне что-нибудь о Беглеце, ведь вы живете здесь.
Клейн вздохнул и пожал плечами:
— Мы тут собираем представителей всех разумных видов и форм существования живой материи. Чаще всего это беженцы, иногда ученые-исследователи. Они обосновываются здесь — если можно так выразиться — на планетах, где кому больше подходит. И уж попав на планету, надо быть круглым дураком, чтоб бежать отсюда.
— Почему?
— А потому, что если эти планеты — воплощение нелепости, то космическое пространство вокруг них — еще более абсурдно. Стоит хоть раз оказаться там, и считай, что ты — сумасшедший. Поэтому все и сидят на своих планетах. Только для Трона закон не писан — они там и так все ненормальные. Вам еще повезло — вы видели Трон в сравнительно спокойном состоянии. Ведь почему мы не сразу пришли вам на помощь — просто мало кто осмеливается надолго отправиться в космос, слишком большой риск. Обычно хуже всего бывает у внешней границы. Вам еще очень повезло, ведь вы вообще могли не получить никакой помощи.
— Почему?
— Ну, на этот вопрос никто не смог бы ответить — просто в космическом пространстве вокруг нас чаще всего царит хаос. Например, какие-то материальные предметы могут вдруг исчезнуть, потом снова появиться; понятие времени теряет свой обычный смысл; ум заходит за разум…
— Но почти все время, что мы летели сюда, было, можно сказать, не так уж и плохо.
— Естественно. Должно быть, Трон приложил к этому руку. Я думаю, они намного лучше, чем мы, научились управляться со всеми этими делами.
— Но это значит, что все же есть какие-то способы приоткрыть завесу тайны над Беглецом.
— Нет, не думаю. Я считаю, что им просто везет.
Клейн с любопытством присматривался к Ринарку.
— Что конкретно вы хотите узнать и зачем вам это?
— Просто меня это интересует, вот и все.
— Но, видно, у вас более веские причины, чем простое любопытство. Это бесспорно. И если вы мне их раскроете, возможно, я продолжу свой рассказ, в противном случае — не стоит и трудиться. Я хочу понять, к чему вы клоните.
— Действительно, Ринарк, ведь теперь ты можешь сказать нам все, — стал настаивать Телфрин.
— Будь по-вашему, — со вздохом сказал экс-патрульный. — Около двух лет назад я вступил в контакт с командой межгалактического корабля. Хоть они и прибыли из другой галактики, существенной разницы между нами не было, они тоже были людьми — сам по себе факт поразительный. Они ничего не знали о нас, так же как и мы о них. Они приземлились на Голанде — это малоизвестная планета, входившая в сферу моих полномочий. Так я встретился с ними. Оказалось, что мы понимаем друг друга и можем общаться. Среди прочего я узнал от них, что в их галактике единственная форма разумной живой материи — это гуманоиды.
— Как и у нас, — заметил Клейн.
— Как и в любой галактике нашей Вселенной, во всяком случае, мне так кажется. Скажите, Клейн, откуда взялись те инопланетяне, которых мы видели?
— Из различных пространственно-временных континуумов, сокращенно — ПВК. Оказывается, каждый ПВК имеет только одну доминирующую форму разумной жизни. Других объяснений нет.
— Но в этом заключен какой-то свой смысл, во всяком случае, мне так кажется. Каждому пространственно-временному континууму присущ свой феномен. Но в нашем собственном универсуме происходит нечто беспрецедентное.
— Что именно? — вмешался Телфрин.
— Эти пришельцы из другой галактики явились, чтобы предупредить нас. То, что они мне сообщили, столь чудовищно, что я должен был хранить это в тайне. Разгласить ее значило посеять панику в масштабах всей нашей Галактики.
— Что, черт возьми, происходит? — Даже Одессой, казалось, заинтересовался.
— Конец Вселенной, — просто сказал Ринарк.
— Что? — задохнулся Телфрин.
— Конец Вселенной, во всяком случае — конец человечества.
— И Галактический Совет ничего не знает? — спросил Эсквиел. — Ты ничего не сказал им? Почему?
— Потому что считал, что на Беглеце смогу получить ключ к спасению.
— Вы имеете в виду гибель не одной Галактики, а всей нашей Вселенной? — тихо сказал Клейн. — Вы уверены в этом, Ринарк?
— Пришельцы убедительно доказали мне это, и мои собственные экстрасенсорные способности помогли мне довершить картину нашей гибели.
— И что же, значит, в этом вся причина? — вмешался Олессон.
