Примерно в десяти километрах от поселка в лесу стояла небольшая избушка, что-то вроде зимовья. Она была в запущенном состоянии. Мне сказали, что если ее привести в порядок и починить печку, то можно будет там останавливаться и даже ночевать. Идея была заманчивой, тем более что меня после конюшни собирались оформить лесником, и участок надо было все равно обустраивать.
Из письма:
«…В среду выписала разрешение на коня, поймала его в поле, проехалась верхом без седла. Потом погрузила на него два рюкзака — один с десятью кирпичами, другой — с флягой воды и повезла все это к себе в лес, в избушку. Навела там цемента и сложила печку. Вернее, сделала кирпичный фундамент и обложила железную духовку со всех сторон, а сверху еще глиной обмазала. Прямо хоть бели теперь эту печку. Осталось только трубу сделать и вставить. Возилась часа четыре, зато потом приятное ощущение было, что сама сделала. Вот так поживешь, и чему только не научишься…
И туда — и обратно ехала верхом. Теперь второй день ходить не могу. Ноги колесом…»
Наступила поздняя осень. Нужно было готовиться к зиме, запасать дрова. Приближалась и зимняя сессия. Надо было много заниматься, подгонять материал. Заочное обучение требовало самоорганизации и дисциплины. Этих навыков у меня не было, но благодаря тишине и отсутствию городских раздражителей и соблазнов я по вечерам с удовольствием сидела дома, топила печку, слушала свои любимые пластинки, делала домашние задания.
Из письма:
