Он сидел на передней скамье для гребцов, поставив локти на ноги и смотря вверх, на парус. Тот развевался независимо от ветра и толкал корабль в нужную им сторону. Рыжие отросшие волосы мага, уже падающие ему на плечи, развевались от легкого бриза. Снежинки, коснувшиеся до него, тут же таяли.
Фешта замерла в трех рядах от него.
Тайлор никак не показал, что заметил ее, но она почувствовала, как он сконцентрировал внимание на месте, где она стояла.
Всегда следит за своей спиной. Ей тоже не хватало привить себе эту привычку.
Он заговорил первым.
— По-моему, ты передумала меня убивать, — произнес он задумчиво, не оборачиваясь.
Передумала?
Простила?
Ее отец хоть и был чудовищем, но он все равно был ее отцом. Ее родней. Ее кровью. Он был, тем, кому она обязана за свое появление на свет. И она имела полное моральное право на месть за его убийство. В конце концов, перед смертью он пытался ее защитить, спрятать в погребе. Он ведь мог просто сбежать в лес, не предупредив ее. А так он, считай, заслонил ее собой.
Тайлор же…
Тайлор спрыгнул в воду на верную смерть за чужим ребенком.
«Я — никто для него».
Сделал бы тоже самое ее отец для чьего-то ребенка?
Для нее?
Она не знала.
Эти люди не были разбойниками и мародерами. Они были солдатами королевства, хоть и бывшие. И разграбили они ее деревню не из прихоти, а потому что у них не было выбора.
Оправдывает ли это их?
Они убили всех.
Она не знала.
Девочка поняла, что больше не ощущает эту жгучую ярость внутри и желание прикончить его. Только опустошение.
Простила его?
Или это говорит страх в ней?
Ведь тогда, на берегу у нее была возможность, которой она так и не воспользовалась.
Но она испугалась.
В голове все моральные принципы, до этого стоявшие нерушимой крепостью поплыли, словно таявший весной снег. Она уже не могла понять что нормально, а что нет.
Выживает сильнейший.
Она уже убила человека сама. Он напал на нее первым.
Но оправдывает ли это ее?
Он не хотел ее убивать, лишь…
Она передернула плечами.
Что за чушь?!
Он хотел изнасиловать ее, и у нее были все основания для самообороны.
Девочка резко очнулась от дурных мыслей и поняла, что Тайлор обернулся на нее и удивленно смотрит.
— Э-э-эй. Фешта? Ты тут?
Видимо, она слишком долго молчала.
— Ты убил моего отца, — сказала она так, чтобы люди в трюме их не услышали.
— Убил, — кивнул он.
— Ты знаешь, что я рано или поздно отомщу.
— Не отомстишь, — сказал он ровно.
Вот тут она разозлилась на него, приняв его слова за вызов.
Это насмешка? Он думает, что у нее кишка тонка? Что она слишком труслива? Что…
— Ты ненавидела его слишком сильно.
Ярость пропала также быстро, как и появилась, оставив после себя выжженную пустоту. Ее руки плетьми повисли вдоль ее тела. Голова вдруг стала невыносимо тяжелой.
— У тебя были синяки по всему телу от побоев, да и вообще выглядела ты нездорово как физически, так и психически. Но что меня еще больше удивило, так это облегчение и усладу в твоих глазах и короткую усмешку, когда ты взглянула на его труп. Я думал, мне показалось, но сейчас я смотрю на тебя и понимаю, что это было не просто так.
Облегчение? Она не помнила, чтобы почувствовала что-то подобное…
Или все-таки да?
— Да и не выглядел он как деревенщина, хоть и старательно пытался это скрыть под крестьянскими тряпками, — он хмыкнул, — технику фехтования школу имени Омакова я узнаю из тысячи. Небось, натворил что-то, из-за чего ему срочно пришлось скрыться в глубине страны. Верно ведь?
Фешта не знала, что ответить.
Он прочитал ее, словно открытую книгу.
Пальцы нервно теребили края курточки. Ей вдруг стало стыдно, будто бы ее поймали за кражей пряников.
Она взглянула в его лицо. Такое спокойное и умиротворенное. Будто бы они — знатные господа, живущие на какой-нибудь вилле у моря, обсуждали какую-нибудь книжку. «Я не враг тебе» — говорили его синие глаза.
— Ты убил деревенских. Всех. Хоть и не своими руками, но ты приказал своим воинам это сделать.
— Да, и я готов понести ответственность за все их и свои действия.
— Мне придется убить тебя, несмотря на то, что ты не раз спасал меня.
Девочка ожидала увидеть в его глазах насмешку или вызов, но вместо этого Тайлор помрачнел, на его лицо словно надвинулась глубокая темная тень.
— Да. Рано или поздно ты должна меня убить, чтобы я расплатился за все грехи. Только… — и тут Фешта впервые увидела в его глазах гнев. Затаенный. Накапливающийся. Словно притаившийся зверь, — Только позволь мне вернуть должок кое-кому в Авглоре.
— На это уйдет слишком много времени.
— Если убьешь меня, то все эти смерти будут напрасны. Мы ведь убили их, чтобы самим выжить, — и, видя, как хмуриться Фешта, добавил, — Да, я трус и ставлю свою жизнь выше других, но цель оправдывает средства, поверь.
Девочка с минуту молчала, исподлобья глядя на него, но потом ее взгляд смягчился.
— Понятия не имею, какие у тебя там цели, умершие не простят мне, если я тебя отпущу. Но и просто так дать им умереть я не могу. Поэтому я дам тебе время, но до тех пор я буду находиться рядом и работать на тебя, а ты гарантируешь мне безопасность и защиту.
